Сделав густую пену, улеглась в широкую глубокую ванну, удалив до этого светлые тонкие волоски на голенях и лобке, в неге мурлыкала незамысловатую мелодию, закрыв глаза.
Почувствовав захват за щиколотку, крикнула от неожиданности.
- Зачем тебе к мадам Люсии, жена моя?
Бернар в расстегнутой рубахе и в трусах хватал меня за ноги под водой. Я стала брыкаться, плеская водой, скидывая его руки, заигрывая с мужем.
Пена летала по воздуху, оседая на голову и лицо мага, рубаха его намокла, красиво подчеркивая мощную грудь, я падала под воду, хватаясь за бортики ванной, смеясь от души.
- Говори, Нади, что ты хочешь у Люсии?
Я лягнула сильнее, чувствуя, что меня бесит, когда он называет женские имена, вот бесит прям.
- Нади, что ты представляешь в лавке у Люсии?
Он схватил ногу, поставил мою ступню себе на грудь, удерживая крепко, я по шее была в воде.
Я чуть приподнялась на локтях, сдувая пену с лица, из воды показались соски, Бернар выдохнул шумно, разглядывая мою молодую девичью грудь.
Я второй ногой пнула по воде, брызгая ему в лицо, отвлекая от тела.
- Ну, всё, допрыгалась!
Бернар отпустил мою ногу. Я тут же подобрала её, скрестив руки на груди, села, надув губы, а он полез ко мне в воду.
- Люсия, Люсия…- я передразнивала его.
Он, смеясь, схватил меня, притянул к себе, я отпихивалась, мы начали бороться. Он развел мои ноги, обвил ими себя за талию, прижался ко мне, шумно выдохнув, закрывая глаза. Вода выплеснулась на пол.
Я не сдавалась, дрыгаясь в разные стороны, пыталась вырваться.
- Ты ревнуешь меня к Люсии? - он давился от смеха.
- Хорошо. - Я закатила глаза, чуть запрокинула голову и с придыханием и стоном начала повторять: Артур! Артур! Артур! Да! Да!
Муж вжал меня в себя с рыком.
- Кто такой Артур?
Я закатилась от смеха.
- Нади, кто такой Артур?
Бернар был серьезен, я слышала его сердце, чувствуя жар его тела, дыхание его обдавало шею, эрекция упиралась в мою промежность.
- Ты ревнуешь меня к Артуру? – захлопала часто ресницами, надувая губки.
- Ах ты, маленькая шалунья!
Бернар укусил меня на сосок губами. Это было так неожиданно и остро, что я непроизвольно подалась вперед.
- Обними крепко, - выдохнул хрипло.
Я руками и ногами обвила его, вжимаясь, потерлась сосками, он простонал, я почувствовала под руками, как коже его покрылась крупными частыми мурашками.
- С ума сводишь…маленькая шалунья
Бернар обхватил меня руками за талию, стал жадно сминать моё тело, ягодицы, спину, плечи, я запрокинула голову, подставляя шею, он тут же широким мазком стал вылизывать её.
Приподнял меня, попытался снять трусы, поза была неудобной, я чуть отодвинулась, поддела резинку, спуская его бельё. Он поднял таз, помогая.
Ту же меня вернул, и я медленно опустилась на каменный член. Стон в губы друг друга, жаркие поцелуи, быстрый ритм, и я, кусая мужа в плечо, всхлипывая, содрогаюсь в его руках от мощного яркого оргазма. Он сразу же идёт за мной в освобождении, хрипло стонет, крупно вздрагивая.
Мы еще ласкались в воде. Когда вода стала прохладной, Бернар меня укутал, унёс в кровать.
Я проснулась от жарких ласк. Горячие ладони шарили по моему телу, водили по спине, бедрам, груди. Я открыла глаза. Муж, кажется, спал, лицо его было мирно спящим, в вот руки жили своей жизнью, ну, еще член жил своей жизнью, конечно, тыкаясь мне в бедро.
Я тоже стала путешествовать по мужскому телу. Путешествие моё закончилось вмиг, меня подмяли и отымели.
- Доброе утро, любимая, - открыл глаза муж, улыбаясь.
- Привет, любимый!
- После завтрака кое-куда прокатимся!
- Хорошо! А сколько времени?
- Я заказал из ресторации, завтрак сегодня от Ватруха.
- Мммм…а у него есть сырники?
Бернар наклонился, с пола поднял кольцо, по кристаллу добавляя к заказу творобушки.
Я улыбалась.
Бернар накрыл ладонью лобок, начал поглаживать по влажным и очень чувствительным моим губкам. Я протяжно застонала.
- Ты искушение, Нади… Моё искушение…
33.
После вкусного завтрака от Ватруха, а пирожные он делал отменные, еще и каша была с фруктами на столе, да и вкусные сочные сырники. Их в Домагии называли творобушками.
- Фред, хорошего дня.
- Спасибо. И тебе тоже, пап. Нади, тебе тоже.
- Спасибо, Фред.
- Софи, нам с мамой надо отлучиться на недолгое время, порисуешь с Генри, хорошо?
- Неа, мы сделаем с ним красивые кружечки, для всех!
Мы становились семьей. В комнате Бернара рядом со спальней была огромная гардеробная с зеркалом в полный рост, в ней мы одевались с мужем.