В комнате находился стол у окна, стул, небольшая тахта, в смежной комнате – спальня, в которой лишь помещались кровать односпальная и трюмо с зеркалом, за дверью в спальне – туалетная комната с унитазом, круглой ванной, столиком с краном и маленьким овальным зеркалом. Здесь мужчиной не пахло вообще, ни одного маленького намека даже не было. Похоже, он к ней и не приходил, они бы не влезли в эту кровать.
Кобель, кобель, мммм….
Я с удовольствием приняла ванну, легла в кровать, вдохнула запах чистого белья и провалилась в сон.
Главное – я живая! Я живу! Еще и дети хорошие, и Генри, и дом…
В голове мелькали цветы в саду, улыбка и доверчивые глаза Софи, Генри в костюме повара - кудесника, Фред с тарелками, которые он убирал за собой, впервые, похоже, его удивлённый и осмысленный при этом взгляд.
Утром я проснулась сама, на часах, что были на стене – всего шесть тридцать. Приняла душ, заплела косу, потом расплела и сделала высокий хвост, полюбовалась своей молодостью, фарфоровой кожей, красотой, надела легкое платье Ирми, свое голубое отложила постирать, подол был в пыли от прогулки в саду. Платье бывшей хозяйки, что я оставила, было бледно-розовым, на широких бретелях, и по низу с рюшами, заглянула к Софи. Малышка еще спала.
Я спустилась на кухню, решив, что на завтрак сделаю пышный омлет с мясом, Фред ел мясо всегда, горячие бутерброды и салат.
Готовила, думала о Софи и Милане, называя их в мыслях сестренками.
- Доброе утро, Надия.
- Доброе, Генри.
Дворецкий осматривал меня, брови его медленно и уверенно ползли на лоб.
- Генри, не молчите, что? Что-то с платьем? Это платье Ирми. Я, кстати, в стопочку сложила вещи сестры, они малы мне, и написала список, что мне нужно.
- Хорошо. Это не платье, Надия, это нижняя сорочка под платье.
- Да?
Я посмотрела на себя.
- Очень комфортный сарафан. Как сделать из него платье, Генри?
- Добавь цвет и рукава.
Генри подошёл вплотную, показывая длину на руке, я закрыла глаза, почувствовав всем телом присутствие кого-то ещё.
Открыла глаза, попадая в раздраженные суровые глаза графа. Он был уже при параде, даже платочек под воротником завязан. Я быстро добавила цвет, сделав пыльно-розовым свой сарафан, рукава три четверти, белый широкий пояс, удалив рюши.
- Соскучились по мирской жизни? В неглиже ходить тут не стоит, - исподлобья почему-то смотрел на Генри граф.
Дворецкий отошел от меня, качая головой.
Я почему-то тут же представила Бернара в мужском полосатом купальном костюме в стиле ретро 20 века планеты Земля. Отогнала тут же этот образ, боясь, что граф меня не поймет, если окажется сейчас в таком прикиде.
Граф сделал шаг в нашу сторону, поскользнулся, еле удержался на ногах, перебирая ими, хватаясь за край стола, зыркнул почему-то на меня. Пол был идеально чистым вообще-то. Бернар и Генри переглянулись. Бернар сжал челюсти, собирая в тонкую полоску рот.
- Завтракать я не буду, мне срочно на работу надо.
- Можно было и предупредить, - пробубнила я.
- Надия, вы что-то сказали?
Я задрала голову, глядя в его кобелястые глаза:
- Да, сказала, заранее предупреждайте, граф, когда решите наведаться домой, чтобы продукты я на вас не переводила.
Генри держал улыбку, кусая щеки.
Граф свел брови, быстрым шагом пошел на выход через столовую, еще раз поскользнулся, остановился, покачал головой и возобновил шаг.
- Генри, это что дом? Дом злится на Бернара?
Дворецкий сощурил глаза, всматриваясь в мои глаза пристально, но ничего не сказал.
- Я накрою здесь, вы не против?
- Нет, Надия, конечно, не против.
- Не хочу оправдываться, но я честно думала, что это платье, Генри.
- Не обращай внимания, графу не просто сейчас.
Я вздохнула.
Конечно, жить на два дома-то…кобель, не просто ему…
Я пошла за Софи, разбудила малышку. Она открыла глазки, обняла меня:
- Я тоже тебя люблю, мама.
Она всё слышала вчера, такая умненькая, чуткая. Какая же у неё магия, интересно?
Я помогла ей умыться, расчесала её волосы, заплела, надела малышке легкое платье, носочки и туфельки.
- Мама, а чулки?
- Жарко, давай так походим, пусть ножки дышат, окей?
Она открыла рот, моргала своими удивленными глазками, порхая густыми ресницами.
- Хорошо, Софи?
- Хорошо, мама.
Ей нравилось говорить слово: «мама», девочка каждый раз на миг брала паузу и с чувством произносила его. Только потерявший понимает всё, да.
По пути я постучалась к юному графу в комнату:
- Фред, ждем тебя, накрываю уже, мы на кухне опять.
- Спасибо, скоро буду, - крикнул парнишка.
Мы позавтракали, Фред уже без напоминаний отнес свою тарелку, кружку и ложку в помывочный шкаф, поблагодарил за еду.
- Надия, у нас сегодня выход в лес, там походная кухня, на обед не жди, а вот за ужином я съем за двоих, кто-то пироги обещал.
- Ха! Фред, я забыла, память моя девичья!
Генри и Фред уставились на меня.
Выдаю себя словечками земными, ох, выдаю.
- Так в монастыре говорят о забывчивости молодых воспитанниц.