— Между прочим, мы старались. — Она нахмурилась. — Все. И персонажи получились разные, живые.

— Вот персонажами и будем вывозить. Ладно… не паникуй еще. Найдем, как пустить пыль в глаза, нужно приготовиться.

— Я не совсем хочу пускать в глаза пыль. — Она прищурилась. — Я хочу найти рекламного инвестора, который поймет концепцию, который знает аудиторию, который, может, закажет переработку в каких-то местах, и решит выкупить права.

— Од. Спустись с небес на землю. — Мужчина стал серьезен. — Чтобы привлечь инвестора, его нужно удивить. Даже нет, не так, нужно показать все таким образом, чтоб он остался в восторге. Люди не будут вкладываться в то, что им не нравится, а еще они не будут вкладываться в то, в чем сомневаются. Ты еще выйди к микрофону, и начни описывать недостатки своей игры. Честно, как на духу. Много желающих всплывет в нее вложиться? Ноль. Так что стряхни с себя неуверенность, и хвали свой продукт, как в последний раз. Будто, если ты его не захвалишь, то должна будешь завтра сжечь ко всем чертям. Идет? И только тогда у нас появится шанс толкнуть игру. Без этого ты так и останешься… никем.

— Жестоко. — Элс поджала губы. — Но, наверное, честно. Ладно, в любом случае спасибо. Я приму решение и дам тебе знать.

— Идет. — Грейвс медленно кивнул, развернулся и пошел прочь по коридору. Настроение у него было то ли скверное, то ли паршивое, то ли злостно-воодушевленное. Он лишь мельком обмолвился, что у него были проблемы, на корпоративе — с машиной, а потом еще и в жизни, с сестрой. Какие конкретно, Артур отказался объяснять, тут же соскочил с темы и стал рассказывать про презентацию молодых представителей геймразработки.

Как назло, после того ливня ударили морозы, и ходить по дорогам без альпинистской кошки стало практически невозможно. Одри вставала очень рано, чтобы взять такси и приехать на работу раньше раннего Ротмана. Шеф должен был видеть, что ей точно не нужен извозчик в его лице, что она отлично справляется и без его авто, хотя теперь не успевает есть по утрам.

Он по-прежнему оставлял кофе на её столе. А Элс… долго на него косилась и, все же, пила. Потому что глупо идти к кофемашине и делать себе такой же.

Таблетки от головной боли исчезали из сумочки с катастрофической скоростью. Мысли о доме вызывали содрогание, а ночевка там воспринималась как особо изощренная пытка. Каким образом после таких криков близнецы еще могли ездить в школу, а потом ругаться с новой силой, Одри понятия не имела. За ними не наблюдалось ни нервного истощения, ни даже самой обыкновенной усталости. «Вот бы мне тоже достался этот ген» — понуро размышляла Элс, глядя в монитор. Ген абсолютной стрессоустойчивости и нескончаемых ментальных сил. На самом деле, у сестер было чему поучиться. Они каким-то волшебным образом до сих пор не сорвали себе глотки и не выгорели в бесконечных скандалах.

Кофе в розовой кружке как-то подозрительно быстро кончился. Не утолил жажду и не прибавил бодрости. На ватных ногах Одри встала, и вновь потащилась к кофемашине, на этот раз за эспрессо. Двойным эспрессо.

В какой-то момент на глаза бросился бежевый диванчик, что стоял за фикусом почти в самом углу. Иногда в обед на нем сидели клерки, иногда клали на него бумаги и папки. Гладь толстого кожзаменителя теперь казалась неимоверно притягательной и сладкой, прямо манила, чтоб на неё… прилечь. Наверняка ночами здесь тише, чем с адскими сестрами и отцом, который рычал во сне и прихрапывал как сломанный карбюратор. «Может на одну ночь, просто отоспаться. Никто не заметит» — витало в голове. «Я встану тут, приведу себя в порядок, хоть голова болеть перестанет» — подумала Элс, и всерьез задумалась о том, чтобы взять на работу пижаму и тапочки. Можно будет, наконец, пораньше лечь. И никаких выслушиваний чужих истерик за соседней стеной.

К Рождеству украшений в офисе становилось все больше, а людей, как ни странно, все меньше. Кто-то уходил в отпуск, кто-то просил отгулы перед праздником, и руководство великодушно шло навстречу, потому что Ротман был к этому готов. Он всегда терзал сотрудников первую половину декабря, отчаянно собирал отчеты, сдвигал дедлайны, чтобы потом освободить их во вторую. От клерков все равно не было практически никакого прока перед праздниками, они все были заняты подготовкой, выбором и обсуждением подарков, походами по магазинам. Их головы были забиты совсем не работой, Нэд это просто принял и учитывал в процессе постановок рабочих задач. Так или иначе, он был отличным лидером, и великолепным управленцем. Мужчина тонко понимал людской ресурс, отслеживал изменения настроений и предпочитал «ловить волну», вместо того, чтобы грести против течения, тем самым выматывая и себя, и сотрудников.