— Ну. — Вздох. — Сейчас я, в любом случае, на мели, тебе придется потерпеть, как бы там ни было. Но я смогу внести платеж по твоему кредиту, хотя бы, за следующий месяц. И ты будешь играть мою любовницу. В любом случае… ты выиграешь еще, как минимум, месяц. А если все сработает, и Дерека бросит своего обожаемого Нэда, я выкуплю у тебя акции. Так что постарайся. Секса, разумеется, не будет, это ни мне, ни тебе не нужно, но все остальные проявления любви — да.

Одри изумленно схватилась за голову и тихо засмеялась себе под нос.

— Боги. Знала бы я, что со мной будет, когда шла сюда на работу устраиваться. Знала бы я, что со мной будет…

— Я что, такой некрасивый? — Артур прищурился и поднял одну бровь.

— Да нет, красивый, дело же не в этом. Мне итак больно. А теперь я должна еще и играть симпатии, что-то себе навязывать, опять через себя переступать.

— Ну, это жизнь, мы все где-то себе что-то навязываем, и где-то через себя переступаем. Думаешь, я прям очень хочу торчать сейчас в этом костюме вот здесь вот, вот? Серьезно? Од, меня бы в помине тут не было, если б не обстоятельства. И тебя бы тут не было, если б не обстоятельства. Решай, в общем, у тебя два варианта. Я в любом случае оплачиваю тебе следующий месяц по кредиту, но ты либо флиртуешь с Нэдом, либо со мной, выбирай. Мне все равно.

— Это какое-то безумие. — Элс тяжело вздохнула и вновь склонила голову. — Мне нужно подумать.

— А что тут думать? Если Ротман тебе так претит, гуляй со мной этот месяц, я не против, я только за. Думаю, уйму доказательств порочности твоего шефа я смогу получить что так, что так. — Грейвс прикрыл глаза.

— Артур, мне нужно подумать. Я… позвоню тебе, как приму решение. Мне нужно побыть одной.

Он медленно вошел в темный коридор, но даже оттуда, через распахнутую дверь впереди виднелось открытое настежь окно, от которого поднимались прозрачные гардины. Там едва просматривались шпили многоэтажек, бесконечные огни бесконечных домов. Красиво. И чертовски холодно, ведь температура в последние дни опустилась практически до нуля. Сквозило, но сейчас Нэд не ощущал этого сквозняка. Рука рефлекторно потянулась шее, схватилась за узел галстука и сильно его ослабила.

Темный пол. Крупные черные зонты на вешалках, чем они отличались меж собой, было непонятно, но, наверное, Ротман знал. Несколько драповых пальто разной длины рядом, черное, серое, и коричневое. А чуть поодаль… просто стена с обоями в широкую бордовую полоску, на которой расположились десятки подвешенных, уже изрядно запыленных фоторамок.

Дипломы. Грамоты. Награды.

Нэд лениво осмотрел их все, затем коснулся одной, и поднес к лицу. Пыль. Тут правда давно не делали влажную уборку. Кажется, это… ах да. Мастер спорта по жиму лежа международного класса, точно. Он уже и забыл. Забыл, как неприлично он хорош. И каждая бумажка в рамке неизбежно это подтверждала. Букв было почти не разобрать, стекла отражали случайный свет из окна.

Ротман дома. Уже давно не был дома, успел соскучиться, но теперь мог, наконец, как следует отдохнуть. Он медленно прошел вперед, попутно снимая рабочий пиджак, затем неаккуратным движением скинул его на серо-бежевый клетчатый диван в коридоре. Рубашка больше не выглядела такой аккуратной и хрусткой, она пахла телом, а на сгибах локтей заметно примялась ткань. Ничто не может долго сохранять свою первоначальную форму, это противоречит концепции времени. Особенно такие хрупкие и обычные вещи. Сегодня эта рубашка отправится в корзину с грязным бельем, а к концу недели поедет в прачечную. Правда, Нэд с ухмылкой понимал, что уже конец недели. Впереди выходные, завтра надо бы встать пораньше. Отвезти ворох грязной одежды в чистку, и забрать уже готовую. Не то что бы мужчина не умел стирать сам, но вещи, которые были ему дороги, возил профессионалам. В барабан стиральной машинки всегда можно закинуть носки с трусами. По отдельности, конечно, трогать ногами свои гениталии Ротман брезговал даже заочно.

Во тьме вырисовывался силуэт винтовой лестницы на второй этаж. С кованными поручными в крупный бронзовый листик. Объективно шикарная, дорогая квартира на последнем этаже одной из элитных многоэтажек. Нэд бесцеремонно повесил галстук на поручень, медленно поднимаясь наверх. В рабочий кабинет.

Завораживающе смотреть на город сверху вниз. Мужчина, казалось, на всех смотрел сверху вниз, так что такая высокая квартира пришлась ему непременно по душе. Он купил её еще лет восемь назад, влез в огромный кредит, а потом довольно быстро его выплатил. Так или иначе, Ротман умел зарабатывать деньги. Но с удачей, как ему казалось, у него было всегда все намного ниже среднего.

Он устал, но ложиться спать совсем не хотелось. Все потому, что после этого придется просыпаться. Придется ехать в чертову прачечную. Или жать курьера, чтобы он туда съездил. А потом… ехать к Дереке. Улыбаться ей, ходить с ней по магазинам. У Нэда не было сил улыбаться. Он просто делал то, что должен, чтобы получить то, что хотел. Поэтому просыпаться не хотелось.