Мы прошли в спальню: мальчик лет шестнадцати лежал с температурой, руки его подрагивали, как, впрочем, и всё тело. Осмотрев нарушенные магические потоки, вытащив из пространства кисть, стала в воздухе вырисовывать нужные руны, исходя из стихии ребенка. Закончив печать, уменьшила рисунок до нужных размеров и разместила спереди, чуть ниже талии. После подпитала силой, и она засветилась. Парню становилось лучше на глазах: бледность уходила, дрожь прошла, прерывистое дыхание сменилось на мерное.

– Всё. – я встала и направилась на выход. – Только не переживайте, он проспит до утра, организм восстановится, как и магические потоки. Магичить сейчас может, но минимально. Через год, за месяц до поступления в академию нужно будет снять печать. К тому времени всё закрепится, и проблем не будет.

Девушка отдала деньги, а перед входной дверью замялась.

– А можно будет, чтобы вы через год убрали печать? Просто у ребёнка моей подруги был подобный случай, и там всё иначе проходило, а тут прям сын на глазах лучше стал выглядеть.

Я, конечно же, понимала её опасения и дружелюбно улыбнулась.

– Конечно, как связаться вы уже знаете, просто запишитесь в гильдии на процедуру и попросите, чтоб я её провела.

Закончив с делами, мы вернулись во дворец. Идя по коридору, почувствовала болезненный спазм и, поморщившись, схватилась за живот. Охрана тут же оказалась рядом.

– Кара, вам плохо? Чем помочь? – испугался Дионис.

– Да, возьми мой живот и постой с ним в сторонке, а я пока в уборную схожу, а то с ним неудобно. – парень выпрямился и закатил глаза.

– Как вас муж терпит? – притворно раздражённо поинтересовался он, пока А́рвин, посмеиваясь, проверял уборную на наличие посторонних.

– О, а хочешь спросить у него?

– Когда у вас такое выражение лица, я просто домой начинаю хотеть, так как оно ничего хорошего не предвещает.

– Глупости какие. – отмахнулась я от него. – Правда, А́рвин?

– Нет, у вас действительно, когда такое лицо, нам страшно, ведь вы обязательно что-то задумали.

– Предатели. – буркнула и закрыла перед ними дверь.

– А где Леам? – поинтересовалась у Герема, который шёл к нам навстречу.

– У себя в кабинете. Кажется, он не в духе. – по секрету тихо поделился дворецкий. – Все сегодня от него получают.

– Думаете, пока к нему не заходить?

– Считаю, что если вы туда зайдёте, все будут вам благодарны, так как их отпустят раньше.

– Хитрюга. – усмехнулась я и, постучавшись в дверь, заглянула в комнату переговоров.

Леам, продолжая выдавать всем распоряжения, движением руки показал, чтоб я зашла. Подмигнув дворецкому, вхожу и становлюсь возле окна, облокотившись спиной о стену, подсунув руки под поясницу. Муж постоянно поглядывает на меня, пока я неотрывно слежу за ним, довольно улыбаясь, покусываю губы. Это практически самое любимое зрелище – когда муж ругается и не на меня. Это одновременно и восхитительно, и страшно красиво. Через время он останавливается, закрывает глаза и трёт переносицу.

– Все свободны. – наконец произносит он.

Демоны с завидной скоростью исчезают за дверью, пока некромант не передумал. – Иногда мне кажется, что они тебе платят, чтоб ты приходила и отвлекала меня от работы.

– Надо предложить идею Герему, будем делить прибыль пополам.

– Почему с Геремом? – супруг направился ко мне, ступая будто хищник, такой опасный, грациозный, дотронься и заклубится пар.

– Он будет собирать с них деньги и приводить меня в нужное время.

– А что с этого буду иметь я? – демон склоняется ко мне, поглаживая руками заметно выросший живот.

– А что ты хочешь?

– Тебя. – в губы выдыхает он. – Прямо сейчас.

Леам нежно целует, тянет за волосы, заставляя выгнуться. Мягкость проходит быстро, её сменяет страсть. Руки сжимают всё, до чего могут дотянуться, кроме живота: там как невидимый барьер, который супруг бережёт будто драгоценную реликвию. Уже шёл седьмой месяц беременности, но кто у нас появится, пока для всех загадка. Лекари рассчитывают, что всё же кровь демона преобладает, так как она чистая, а я полукровка и, якобы, кровь разбавлена. Но я почему-то не уверена в их заключениях. Может, интуиция?!

Послышался щелчок – это супруг закрыл магией дверь, чтобы никто не смог войти. Меня развернули к стене лицом.

– Кара, обопрись.

Наше дыхание стало прерывистым. Ткань юбки задралась, а кружево поползло вниз, звякнула бляшка ремня. Леам медленно вошёл, заставляя меня застонать от нетерпения. Ритмичные движения вынуждали забыться.

– Все готовы? – поинтересовался супруг у собравшейся делегации. Демоны дружно кивнули. – Тогда вперёд.

Первым в арку вошёл Арон, за ним мы с Леамом, а после все остальные. Один Дарий обиженно смотрел вслед уходящим, расстроенный, что пропустит всё веселье, так как он отвечает за безопасность короля.