И первая пошла к машине. Я двинулась следом, решая, как буду строить диалог со своим ребенком. Мне казалось, что я поняла суть происходящего с Манюней. И это, как часто случается, была палка о двух концах: с одной стороны все вроде и неплохо, а с с другой — полная жопа.

Но чтобы было понятнее, надо начать с начала. Нет, не со времен татаро-монгольского ига, а чуточку попозже.

Отступление: правда жизни и чуть-чуть лирики.

И я была девушкой юной… И влюбилась. Нет, не так. БЕЗУМНО ВЛЮБИЛАСЬ!!! Моя любовь стала больше всей жизни и я буквально захлебывалась в своем чувстве. Вот только мой возлюбленный ни в чем захлебываться не спешил. Не то, чтобы он был совсем ко мне равнодушен, какую-то симпатию наверняка испытывал, но гореть в огне страсти не торопился. Точнее со страстью как раз был полный порядок, ей мы предавались часто и помногу. А с любовью оказалась напряженна.

Поначалу я убеждала себя, что мой любимый, назовем его М, такой вот суровый мужчина и демонстрировать чувства считает слабостью. После, что моей любви хватит на двоих. А когда розовая пелена упала с моих глаз, я очень четко осознала, что мною и моей неземной любовью просто пользуются. А если учитывать, что мы еще и работали вместе … Объяснять не надо? Все взрослые люди и прекрасно всё поняли. Беда только в том, что пелена спала, а сумасшедшая моя любовь осталась.

Мне повезло — несмотря на молодость, дурочкой я не была. Постаралась взглянуть на ситуацию со стороны и трезво ужаснулась. Потому что чувства это, разумеется, прекрасно, но моя любовь больше напоминала болезнь. И я решила заняться лечением. Не буду останавливаться на подробностях, они не слишком приятные, но мне удалось справиться со своим недугом. Пусть и не сразу, но с возлюбленным было покончено. Не в смысле, что я его огрела тяжелым по темечку и тихонько прикопала в кустах, а в смысле, что мне удалось с М расстаться. Ну и заодно пришлось сменить работу.

Курс лечения занял почти год. По прошествии этого времени я переехала в другую квартиру, поменяла работу и выглядела так, что только в гроб класть. Именно тогда моя подружка (да, в те времена у меня еще были подружки) и предложила поехать в отпуск. Мы долго обсуждали куда именно поедем, спорили и прикидывали варианты. Так я оказалась в Таллине.

С Яном мы познакомились в кафе в Старом городе. Он оказался милым, воспитанным и приятным в общении молодым человеком. А, главное, очень трепетно демонстрировал свою ко мне симпатию. Но и тут не обошлось без ложки этого самого. Ну, вы поняли. Мой новый поклонник был женат. К его чести, он не скрывал своего несвободного положения, про жену рассказал почти сразу и добавил, что они находятся в процессе развода.

Возможно я совершила очередную глупость, надо было подождать, но я, почти забывшая что это значит, когда с тебя в буквальном смысле сдувают пылинки, бросилась в новые отношения без оглядки. А когда вернулась домой выяснилось, что забеременела.

Ян сообщению о ребенке очень обрадовался. Мы договорились, что он разводится, приезжает ко мне и мы женимся. Но что-то пошло не так. Развод застопорился и когда родилась Манюня, Ян был еще женат. С психу мне очень хотелось поставить в свидетельстве о рождении прочерк, но Ян прилетел ко мне и документы мы оформили должным образом. Правда я все же настояла, чтобы у дочери была моя фамилия. Сказала, что мы обе сменим ее, как только Ян разведется.

Он вернулся в Таллин. Развод длился год. Мы созванивались почти каждый день, Ян присылал мне деньги, я ему — фотографии дочери. Но чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимала, что не вижу нашего совместного будущего и замуж за Яна не хочу. По всей видимости он чувствовал тоже самое. Когда Ян оформил все бумаги на развод, мы с дочерью прилетали к нему, но о свадьбе ни я, ни он не заговаривали. У меня наклюнулась интересная и денежная работа, Ян тоже успешно строил карьеру и бросать насиженное место не собирался. Мы с Манюней вернулись в Москву, Ян остался в Таллине. Телефонные разговоры становились все реже и короче. Еще пару раз мы с дочерью приезжали в Таллин, один раз Ян прилетел в Москву. Так прошел еще один год.

А потом я окончательно поняла, что Ян нам не нужен, да и мы ему не нужны. Нельзя сказать, что он не любил дочь. Ян исправно переводил деньги, а когда мы встречались с удовольствием возился с Манюней. А почему бы и нет? Дочка росла настоящей куколкой и проводить с ней время было приятно. Когда Манюне исполнилось три года, мы с Яном расстались. Ну, как расстались. Просто перестали общаться. Он не звонил, я тоже не торопилась набирать его номер. У каждого из нас была своя жизнь.