— Хитрюга, — ласково улыбнулся Платон. — Наша дочь маленькая хитрюга.

— И манипуляторша.

— А еще я приглашаю вас в гости на выходные…

Именно с этого вечера начался новый этап нашей жизни. На следующий день мы оформили Польке новое свидетельство о рождении. Так у нее официально появился отец. Дочь принимала перемены в ее жизни в энтузиазмом. Она с большим удовольствием рассказывала всем, что к ней приехал папа и теперь у нее два дома. У Гаева оказался уютный двухэтажный дом, две комнаты в котором он переделал под детскую спальню и игровую.

— Станет старше, еще обустроим классную, — делился он своими планами.

Мы обговорили размер денежного содержания на дочь, которое Платон решил ежемесячно перечислять мне на счет. Гаев был щедр, я не возражала. Но больше всего мне нравилось, что он не пытался купить Полинкину благосклонность подарками. Нет, Гаев дочери дарил и игрушки, и наряды. Покупал интересные книги, привозил вкусности. Но он умудрялся делать это ненавязчиво, просто из желания порадовать ребенка. В конце концов, я тоже покупала Польке подарки просто так.

Иногда и мне перепадали маленькие презенты. Ничего особенного, коробка вкусных конфет или редкий сорт кофе, пару раз цветы. Однажды, после того, как я вскользь упомянула, что хотела бы сходить на спектакль, но билетов нет в свободной продаже, Гаев принес два пригласительных. Но ни слова не сказал о том, что хотел бы пойти со мной. В итоге в театр мы пошли с мамулей, которая, к слову сказать, была в восторге от Платона. Правда, я так и не удосужилась их познакомить, но мамуля уже заочно любила Полькиного отца.

Какая-то идеальная пастораль получается, да? Прям скулы сводит от сладости. На самом деле, все было не так безоблачно, как я описала. Были и разногласия, и ссоры. Платон был прав: мы с ним оказались в одинаковой ситуации. Оба толком не знали друг друга, оба не представляли, чего друг от друга ждать. Наверное Гаеву было тяжелее, все-таки он совсем недавно узнал о существовании дочери. Но он справлялся, я тоже пыталась приноровиться к ситуации.

И вот, когда все как-то устаканилось, Манюня сообщила, что приезжает в Москву. За всей этой кутерьмой я упустила из вида, что придется объясняться со своей старшей дочерью. После ее звонка призадумалась: что мне сказать Манюне? Как объяснить появление Гаева в нашей жизни?

21

— Я вас всех ненавижу.

Это было последним, что я услышала от Манюни перед тем, как она захлопнула за собой дверь.

Столь бурному финалу предшествовало не менее бурное объяснение. Хотя объяснением то, что произошло в нашем доме, назвать было довольно сложно. Манюня не хотела слушать никаких доводов, она сыпала обвинениями вперемешку с оскорблениями, кричала и топала ногами. В общем, вела себя отвратительно. Я не узнавала собственного ребенка, ведь даже в подростковом возрасте Манюня была довольно беспроблемной девочкой.

Началось с того, что дочь вернулась на день раньше, чем я ее ждала. Как потом оказалось, именно на этот рейс автобусная компания предоставляла студентам почти девяносторпроцентную скидку. И хотя у дочери не было проблем с деньгами, она решила сэкономить, а заодно и сюрприз мне сделать. Ничего не скажешь, сюрприз удался на славу.

Была суббота и Гаев приехал к нам с утра пораньше. О своем визите он предупредил еще накануне вечером и няня Таня получила выходной. Платон привез Польке велосипед и предложил пойти на улицу и провести тест-драйв нового транспортного средства. Меня на прогулку не позвали, наоборот, предложили остаться дома и насладиться еще теплыми круассанами. Их, к слову сказать, тоже привез Гаев. Я не протестовала. Зверски устала накануне на работе и хотела посидеть в тишине и одиночестве.

Полька с восторгом приняла предложение отца и собиралась на прогулку, именно в этот момент зазвонил дверной звонок. Гаев, стоящий ближе всех, распахнул входную дверь.

— Сюрприз! — радостно закричала с порога Манюня и бросилась мне на шею.

— Нюня! — запищала Полька и кинулась обнимать старшую сестру.

— Полька! — Манюня отпустила меня и наклонилась поцеловать малышку.

Гаев, пока незамеченный Манюней, тихо прикрыл дверь и стоял, наблюдая за нашими обнимашками.

— Папа, — Полька оторвалась от сестры и повернулась к Гаеву, — Нюня приехала!

— Папа? — удивленно переспросила моя старшая дочь и повернулась вслед за младшей. — Папа?!

И тут Манюня увидела Гаева.

— Платон Валерьевич?!

Совершенно ошарашенная дочь посмотрела на меня, ожидая объяснений.

— Мам?

— Манюнь, давай ты умоешься с дороги и мы поговорим. Я тебе все объясню.

— Что? Я не поняла, — нахмурилась Манюня, — он что, на самом деле отец Польки?

Ходить вокруг да около не имело смысла, пришлось честно ответить:

— Да. Платон Валерьевич отец твоей сестры.