— Ника, встреть Машу и покажи дорогу. Она ждет в холле. — тренькнул мессенджер сообщением от Марсова. — Захвати ее пропуск.

— Сейчас сделаю.

Я зашла в кабинет МММ и сморгнула от неожиданности: его новая обитель — копия предыдущей, как я сразу этого не заметила?

— Что? — Михаил бросил на меня нечитаемый взгляд. — Что — то не так, Ника?

— Ну… Все так, просто неожиданно. Я не думала, что вы захотите… — замялась, не в силах подобрать корректную формулировку, но босс все понял.

— Да, мне понравилось то, что ты сделала, поэтому попросил оформить место работы в том же стиле. Ну хватит, иди за Машей, она заждалась.

Так и живем. Погладить по шерстке, почесать за ушком, сделать комплимент, а потом ненавязчиво отправить восвояси и намекнуть на работу, которая сама себя не исполнит — это стиль моего босса. Люблю его. Босса, я имею в виду.

Машка растерянно топталась в холле, с восторгом осматриваясь по сторонам. Знакомое состояние, ага.

— Привет. Вот, держи, — холодный пластик лег в руку подружки. — Как все прошло? Ты довольна?

— Ой, Ник, там такое было, — она едва не задохнулась от воспоминаний. — Я ведь думала, что люблю Ромку…

— А сейчас поняла, что не любишь?

— Сейчас осознала, что не видела человека, а держалась за мечту.

— Ух ты! И как пришло осознание?

Машка покраснела от смущения. Нелегко признаваться в своей наивности и глупости, но подруга смотрела мне прямо в глаза.

— Психолог попросила сделать рекламу Ромке.

— В смысле?

— Буквально, Ник. Попросила описать его так, чтобы она захотела отбить его у меня, — хмыкнула Машка. — И это должно было соответствовать реальности. Никаких фантазий.

— И? — это было интересно. Необычный подход.

— И… Стыдно, но я ничего не смогла сказать. Цветов Ромка не дарил, нежностей не говорил, обо мне не заботился. Помнишь, я заболела зимой?

Я кивнула. Тогда Машка слегла с жуткой вирусной ангиной. Температура, боль в горле, невозможность есть привычную пищу. Брр! Мы помогали ей, как могли.

— Ему ведь было все равно, Ник. Рома смотрел на меня, как на досадную помеху. А то, что он не поднимает на меня руку — это ведь не реклама, правда?

— Ну… да.

— Больше мне нечего было добавить. И знаешь, у меня словно глаза открылись, — шептала подруга. — Я поняла, что старалась не замечать холод и безразличие, оправдывала то, что было недопустимо… Какая я дура.

— Двадцать седьмой этаж, — вмешался в нашу беседу голос механической женщины и двери лифта распахнулись.

Мы вышли и направились в сторону офиса.

— Ника! — прилетел мне в спину знакомый голос. Голос — клинок пронзил сердце, лишил возможности дышать. Голос из далекого прошлого. — Ника, остановись!

Ни за что! Подхватив подругу под руку, я прибавила шаг. Было смешно и наивно надеяться на то, чтобы спрятаться в просторном коридоре, укрыться за прозрачными стенами. Москва — многомиллионный город, но почему мы должны были встретиться? Зачем? Я не позволю этому человеку вновь ворваться в мою жизнь и разрушить ее до основания!

Я указала Маше на дверь нашего офиса, а сама стремглав побежала в сторону туалета. Глупо? Да сто процентов — идиотизм чистейшей воды! Но сейчас я была не готова вновь встретиться с мужчиной из прошлого.

Холодная вода привела в чувство и освежила разгоряченное лицо.

— Да уж, красотка.

Из зеркала на меня смотрела рыжеволосая девчонка с выпученными от ужаса зелеными глазами.

— Так, соберись, Ника! Ты же богиня!

Неа, не работает. Стою, дышу. Убеждаю себя, что мне просто нужно время… для чего? Хотя бы для того, чтобы прийти в себя. Крадусь в офис, словно партизан в логово врага, молюсь, чтобы преследователь потерял мой след.

— Хорошо!

Наша комната как на ладони. Четыре дизайнера заняты творчеством, я бесшумно занимаю свое место, стараясь как можно тише стучать каблучками босоножек по кафельному полу. Экран компьютера оживает. Открываю браузер и вбиваю в строку поиска «холдинг «АсТор».

— Ты дура, Ника! — вырывается из груди. — Где было твое любопытство раньше? Гена обмолвился об этом, а ты все пропустила, не обратила внимания!

Интернет знает все и с легкостью делится информацией.

Холдинг «АсТор» основали Илья Астахов и Павел Торопов. Если первая фамилия мне ничего не говорила, то вторая… Закрываю глаза и уношусь в прошлое.

Это произошло девять лет назад. Мне было двадцать четыре года. Лето.

— Ника, если ты не поедешь отдыхать, я сделаю так, что тебя уволят! — рычит отец. — Ты меня слышишь? Не хочешь думать о себе — подумай о своих близких, о семье! Не вынуждай меня сделать это!