– Атмосферой урагана? – сухо ответила я, хотя уголки моих губ непроизвольно поднялись в улыбке. – Звучит заманчиво, но я пас.

Он рассмеялся, потянувшись за пультом. Конечно, он не работал.

– Ни телевизора, ни света, ни развлечений, – сказал он, бросая пульт на столик.

– Добро пожаловать в реальную жизнь без постоянных источников удовольствия, – ответила я, вытаскивая одеяло и заворачиваясь в него.

Он наблюдал за мной несколько мгновений, его выражение стало мягче.

– Тебе холодно?

– Немного, – призналась я, избегая его взгляда.

Ничего не сказав, он поднялся и через минуту вернулся с ещё одним одеялом, аккуратно укрывая мои ноги. Я пробормотала спасибо, удивлённая его жестом.

– Итак, – сказал он, усаживаясь обратно, – если бы это было настоящее свидание, что бы мы делали дальше?

– Наверное, разошлись бы по домам, сделав вид, что этого не было, – сказала я с усмешкой, на что он громко рассмеялся.

– Ого, – сказал он, прижимая руку к сердцу в притворной обиде. – Ты правда умеешь ранить.

Я покачала головой, откинувшись на диван. Шторм бушевал за окном, но внутри атмосфера казалась… тёплой. Знакомой. И опасной.

– Ты слишком много думаешь, – вдруг сказал он, нарушая тишину.

– Правда?

Он кивнул, придвигаясь ближе.

– Да. Это видно по твоему лицу. Ты прокручиваешь всё в голове.

Я пожала плечами, не зная, что ответить. Он был прав. Мой разум был полон противоречивых эмоций и воспоминаний, связанных с человеком, сидящим рядом со мной.

– Знаешь, что говорят про излишние размышления? – продолжил он, его голос стал мягче. – Это лучший способ упустить то, что прямо перед тобой.

Я повернулась к нему, встретившись взглядом. Шторм за окном словно исчез, оставляя только нас и весомость его слов. На мгновение я позволила себе представить, каково это – перестать думать. Просто быть.

Но тут же отстранилась, разрушая момент.

– Хорошая попытка, Наиль, – сказала я, смеясь. – Но я не так проста.

Он улыбнулся, откинувшись назад.

– У меня есть время.

Остаток вечера прошёл в молчании, которое казалось удивительно комфортным. Шторм за окном постепенно убаюкал меня, и я заснула прямо на диване. Когда я проснулась, Наиль всё ещё был там, сидел рядом со мной, его голова была откинута на спинку дивана, а глаза закрыты. Несколько мгновений я просто смотрела на него, линии его лица смягчились во сне.

И впервые за долгое время я не чувствовала себя совсем одинокой.

Ночь углублялась, шторм за окнами выл всё сильнее, а внутри мягко мерцали свечи. Мы с Наилем так и остались на диване, тишина между нами была одновременно уютной и заряженной. Тёплые пледы и ритмичный стук дождя по стеклу медленно убаюкивали нас, пока мы оба не погрузились в сон, едва осознавая это.

Когда я проснулась утром, меня накрыл приступ тошноты. Желудок скрутило, и я сорвалась с дивана, едва успев добежать до ванной. Звуки рвоты заполнили небольшое пространство, и я слабо застонала, вцепившись в край раковины.

– Мари? – раздался голос Наиля из коридора, в его тоне звучало беспокойство. Через мгновение он появился в дверном проёме, взъерошенный, но насторожённый. – Что происходит? Ты в порядке?

– Всё нормально, – пробормотала я, вытирая рот полотенцем. – Наверное, просто… не знаю. Что-то не то съела.

Он нахмурился, скрестив руки на груди.

– Это точно не моя еда отравила тебя.

Несмотря на мое состояние, слабая улыбка тронула мои губы.

– Расслабься, Наиль. Я не собираюсь подавать на тебя в суд.

Но он не смеялся.

– Это не смешно. Ты выглядишь бледной, а снаружи шторм. Если ты серьёзно заболела, скорая сюда не доберётся.

Я покачала головой, пытаясь отмахнуться от его тревоги.

– Наверное, это просто давление или что-то в этом духе. Такое бывает.

Его брови нахмурились ещё сильнее.

– Ты слишком молода для проблем с давлением. Когда ты в последний раз была у врача?

– Можем мы не обсуждать это прямо сейчас? – ответила я, привалившись к стене, стараясь успокоить тошноту.

Наиль вздохнул, его беспокойство было очевидным.

– Ладно. Но из этой ванной ты не выйдешь, пока я не буду уверен, что с тобой всё в порядке.