Яся на спину переворачивается, а сама меня так за руку держит, того и гляди, кость переломит. Отдираю с трудом ее пальцы и под нее подныриваю. Ну, твою мать, один в один: выдра и ее детеныш.

— Не бойся, ложись, — командую, а сам аккурат под ней, в воде, только голова на поверхности.

Ясно, что сразу, как ложится, задницу по инерции вниз тянет. Осторожно ее ногой под попу поддеваю и наверх толкаю.

— Ровно держись. В потолок смотри. Молодец. А теперь аккуратно ступнями, как ластами подгребай. Умница!

Четкие команды даю. Она все выполняет. Старается. С грехом пополам даже до бортика доплываем. Там, чтобы она головой об стену не приложилась, аккуратно придерживаю и сам ноги ее в воду опускаю, потому что она от страха не в состоянии самостоятельно это сделать.

— Получилось! — радостно визжит Яся и от счастья мне на шею кидается.

Мне и самому вдруг так все по кайфу становится, словно я олимпийскую медаль выиграл. Подхватываю ее под попу и черт его знает, как это получается, только за затылок девчонку прихватываю и к ее влажным губам прижимаюсь.

Это второй поцелуй, украденный им у меня.

И второй раз я теряюсь настолько,

что перестаю соображать.

©Ясинья Сверчкова

Когда губы Глеба накрывают мои, я даже дышать перестаю. И тут дело даже не в моей астме, а в тех ощущениях, которые рождают у меня эти касания. Он целует меня по-настоящему. Без языка, но глубоко и страстно. Это не простой радостный чмок. Его губы раскрываются и накрывают мои в чувственном порочном прикосновении.

Отреагировать или ответить просто не в состоянии. Замираю в его руках, словно глыба льда, и даже глаза закрыть не получается. Я настолько захвачена этими новыми эмоциями, что боюсь пропустить хоть малейший незначительный миг.

Головой понимаю, что Глеб это от эмоций делает и, возможно, сейчас одумается и оттолкнет меня. Но какие же сладкие его касания. Это второй поцелуй, украденный им у меня. И второй раз я теряюсь настолько, что перестаю соображать. А самое главное, я не отталкиваю его, а принимаю и запоминаю эти эмоции.

Вдруг над нашими головами раздается зычный бас Роднина, после которого я сразу же становлюсь цвета спелой помидорины.

— Смотрю, тренировка полным ходом проходит. Да, Юсупов? — хохмит этот несносный человек, с какой-то довольной улыбкой рассматривая нас. — Молодцы! Продолжайте!

А дальше ржет, как конь и отходит в сторону.

Глеб почему-то тоже весело хмыкает, но ничего не комментирует. Мне же от стыда провалиться хочется. Только вчера нас в пару поставили, а сегодня мы уже в бассейне целуемся. Что дальше? Секс на заднем сиденье его машины?

— Думаю, что на сегодня хватит, — отодвигаюсь от Глеба по возможности как можно дальше, цепляясь рукой за бортик.

Юсупов смотрит на меня, как на второе пришествие, а после молча кивает головой. Он без объявления легко подхватывает меня под задницу и сажает на бортик. Пока думаю, как бы ему тактично намекнуть, чтобы перестал меня лапать за пятую точку, он срывается в воду и начинает грести плавными размеренными гребками по дорожке.

Иду в раздевалку. Принимаю душ, переодеваюсь и сушу волосы. Может, я излишне драматизирую? Ну, поцеловал! Так это он от радости. Я сама же первая к нему на шею прыгнула. Ну, за задницу постоянно хватает. С другой стороны, лучше за задницу, чем за волосы. Видела я, как Водянов девчонок по бассейну таскал.

Когда выхожу из раздевалки, Глеб уже стоит полностью одетый и ждет меня. Он выглядит настолько невозмутимым, что тут же принимаю решение тоже не придавать значение этому инциденту. Подумаешь, поцелуй!

Юсупов все так же невозмутимо оглядывает меня с ног до головы и указывает головой на дверь. Молча выходим из универа и под струями проливного холодного дождя бежим к его машине. В машине прохладно, и я тут же начинаю стучать зубами. Глеб включает печку и пока она прогревает салон, поворачивается ко мне.

— Ты уже придумала желание? — спрашивает он, а я понять не могу, что еще за желание.

— Ты о чем? — туплю, конечно, потому что все мысли поцелуем заняты.

— Ну, Ясь, соберись. Мы с тобой договорились исполнить желание друг друга, если выполним задание. Ты проплыла четыре метра. Какое у тебя желание? Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Ух! Про это я, если честно, забыла. Но как только Глеб начинает говорить, мне тут же хочется выкрикнуть: поцелуй меня снова. Так хочется почувствовать его губы на своих, что я невольно обращаю взгляд на предмет своих мечтаний. Юсупов тут же весело улыбается, словно мысли мои читает. Сразу чувствую, как сбивается дыхание, и тут же испытываю нестерпимую потребность воспользоваться ингалятором.

— А что хочешь ты? — решаю сначала уточнить у этого затейника.