Кусаю губу, судорожно соображая, как выпутаться из ситуации. Если бабушка что-то там решила, ее ничто не сдвинет с места и не изменит мнения. Она скорее умрет, чем признает свою неправоту. Я скорее тоже умру, что вновь вернусь в привычный мир. Не хочу.

Пожив на расстоянии от семьи, узнав, какие бывают семейные отношения на примере Антона, Мии и их родителей, я не желаю вновь изображать то, чего нет. Да и потом.… Как после всего случившегося, ложиться в одну постель с Олегом. Да лучше повеситься сразу.

— Понимаешь, Лена, мы не в том положении, чтобы выбирать, - тихо произносит мама, с грустью на меня смотря. – Мы должны соответствовать статусу. Да, не всегда это по вкусу, но, дорогая, со временем ты поймешь, что лучше крутиться в кругу себе подобных, чем связываться с теми, кто по положению ниже.

— Разве статус дает счастье? – горько усмехаюсь, поднимая глаза. – Я только сейчас поняла, чего была лишена. Представь, мне не хватало этого простого человеческого общения, знания, что от тебя никто ничего не ждет.

— Ты просто очарована ощущением свободы, но разве тебе комфортно жить здесь? – выразительно окидывает взглядом кухню и комнату. – Ты привыкла не к такому, а сейчас просто это все забавляет. И потом, на какие деньги ты будешь жить? На чьи ты сейчас живешь? – прищуривается. – Тебя обеспечивает этот мужчина?

— Нет, - уверенно вру, пытаясь совладеть лицом. Вроде удается, мама хмурится. – Я работаю.

— И кем? – вкрадчиво спрашивает. – У тебя никакого опыта, а диплом.… Сомневаюсь, что тебя взяли по специальности.

— В Доме творчества художником. Зарплата небольшая, но для меня одной хватает. Я всегда любила рисовать.

— Это правда. Рисуешь?

— Ну, я обучаю рисовать, сейчас буду искать подработку. В век интернета без куска хлеба не останешься, - улыбаюсь.

Мама кивает, но все еще сомневается. Я вижу, что она хочет мне верить, но привычка все подвергать анализу дает о себе знать. Да и может материнская интуиция, работает, чувствует подвох, но молчит о нем.

— Ладно, - лезет в сумку, висящую на спинке стула, достает кошелек. – Я сняла наличку со своей тайной карты, ты же понимаешь, что пока переводить тебе деньги не могу, - усмехается. Я тоже хмыкаю.

Бабуля как дракон бдит, кто и сколько кидает деньги на счета, главное потом ей отчитаться зачем. Она наложила запрет мне помогать, он должен неукоснительно соблюдаться, иначе будет кара.

— Тут немного, но на первое время хватит, - на стол кладет несколько купюр. Я не отказываюсь. Итак, стыдно, что живу за счет Антона.

«Немного» в мамином понимании чья-то двойная зарплата, если исходить из средней. Мне хватит на месяц, за который я должна либо найти работу, которая меня обеспечит, либо вернутся в семью и смиренно продолжать жить с Олегом. Хотя…

Вскидываю на маму глаза. Она вопросительно смотрит, ждет, что я что-то скажу, меня так и подмывает вывалить про диагноз мужа.

— Бабушка по-прежнему ждет от меня внуков?

— Спрашиваешь, - мама застегивает сумку. – Чем больше, тем лучше.

— А если их не будет? Ведь бывают обстоятельства.

— Обстоятельства? – мама задумывается.

Сомневаюсь, что в ее голове мелькнет мысль, что с кем-то непорядок. Ведь, по мнению моих родственников, какие проблемы в молодом возрасте. Я смело могу стать многодетной мамой, рожая погодок, а вот Олег… может стрелять только холостыми, ни в кого не попасть. И вряд ли в его голову придет мысль, что с ним что-то не так.

— Вдруг мы не совместимы с Олегом, поэтому у нас детей до сих пор нет.

— Ерунда, – отмахивает мама от моей версии. Встает. – Я пойду, тебе следует встретиться с Олегом и спокойно обо всем договориться, об урегулировании развода.

— Я не буду забирать заявление, - упрямо твержу.

— Тебе нужно с ним просто встретиться. Не будешь ты же его вечно избегать.

Мама уходит, оставляя после себя сумбур в моей душе и шлейф дорогих духов. Я убираю со стола, беру телефон и ложусь на кровать. Меня ждет сообщение от Антона. Ничего необычного не спрашивает, всего лишь «все в порядке». И сразу на душе становится тепло и понимание, что ты не один, есть тот, кто переживает за тебя.

— Я заказал китайскую еду, - удивляет меня с порога Антон, стоит мне открыть входную дверь после звонка.

Губы сами по себе начинают растягиваться в приветливую улыбку. Вот что за человек! Пришел, улыбнулся и на душе уже не так муторно. А ведь до его прихода гоняла в голове нерадостные мысли, думы думала и решала, как быть или не быть, чем рискнуть, а что отстоять.

— Заходи, - пропускаю Клинского в квартиру с пакетами. Антон сразу направляется в сторону кухни, распаковывает коробки. Пахнет умопомрачительно.