—Нужно найти парня, чтобы воплотить свой первичный план. Не ради того, чтобы сохранить брак, а как раз наоборот, - Лена улыбается. Только тон и взгляд подсказывают о серьезности ее настроя.

— Так давай я тебе помогу.

Кошусь на Антона и не верю, что он сидит на кухне и серьезно на меня смотрит. Ощущение такое, что я в каком-то параллельном мире сейчас живу, где в моей жизни происходят альтернативные события.

— Помнится, именно ты рьяно отказывался от предложения, а недавно четко дал понять, что никаких чувств ко мне нет, и не будет. Нет в твоей жизни планов на отношения. Что изменилось за короткое время? В тебя ударила молния? Перетрудился, что путаешь реальность с вымыслом? А может у тебя амнезия? – испугано прикрываю рот ладошкой, Клинский хмурится, недовольно цокает языком.

Знаю, болтаю много и не по делу, но у меня пока в голове не укладывается то, что адвокат решил протянуть руку помощи. Да тут любой на моем месте сидел в шоке. Когда я была решительно настроена, мне казалось море по колено, сейчас гложут разные сомнения и обыкновенная лужа может быть глубже Тихого океана.

— Меня не нужно жалеть, - отбрасываю в сторону веселье. Антон смотрит исподлобья. Не могу понять, жалеет он о своем предложении помощи или нет.

Человек – загадка, похожий на кубик – рубик. Мне никогда не удавалось его полностью правильно собрать, поэтому не рассчитываю на то, что пойму Клинского.

— Даже если я вернусь домой, я уже не буду пытаться сохранять брак, угождать бабушке и смотреть в рот Олегу. Нет, у меня теперь другие интересы. Я хочу быть самостоятельной. Пусть меня всего лишат, ничего страшного. Руки – ноги есть, значит все смогу, - смеюсь, когда поднимаю руки и ноги одновременно, демонстрируя Антон их подвижность.

— Лен, ты же понимаешь, что от тебя не отстанут. Тебя будут загонять как зверька в ловушку. Бабушка твоя не из тех, кто благословит и отпустит.

— Я знаю, - опускаю голову, но тут же ее вскидываю. – Буду бороться. Я не могу согласиться на твое предложение, потому что тогда ты можешь пострадать. Бабушка страшна в гневе, она как бульдозер все сметет на своем пути, если кто-то иль что-то ей мешают. Я не хочу, чтобы из-за меня ты пострадал. Не буду никого искать для роли отца ребенку.

— Ты волнуешься? Не стоит. Меня не так просто похоронить за плинтусом. Репутация, конечно, может пострадать, но не настолько, чтобы внезапно оказаться на улице без работы. Я не мальчик на побегушках, не дрожащая тварь.

— Зачем тебе этот геморрой? – двигаю к себе чашку с остывшим чаем. Антон тоже двигает к себе чашку и смотрит в нее. Я терпеливо ждут ответа. Мне действительно интересно, что движет им помогать мне всеми возможными способами.

— Не знаю. Я просто не хочу, чтобы ты возвращалась к своим родным, к своему мужу. От мысли, что вы вновь… - кривится как от зубной мысли, я понимаю, о чем не договаривает. С Олегом я сейчас ни за что не лягу в одну постель. У него и без меня хватает тех, кто согреет и развеселит.

— У тебя чувства ко мне? – ехидно ласковым голосом возвращаю Клинскому его же слова. Антон щурится и ухмыляется, залпом выпивая остывший чай.

Молчит, не улыбается, значит не собирается поддерживать мой иронично-шутливый тон. От этого понимания мне становится немного по себе. Одно дело, когда себя ловлю на странных мыслях по отношению к Клинскому, другое дело узнать, что и у него что-то подобное мелькает в голове. Что делать с этим знанием?

— Твоя симпатия ко мне ни к чему тебя не обязывает, - пытаюсь разрядить вмиг напряженную обстановку. Антон тянется к узлу галстука, распускает его и расстегивает две пуговицы рубашки. Почему эти простые жесты меня волнуют?

— Я хочу тебе помочь, - со вздохом признается. – Но пока ничего в голову не приходит, кроме как согласиться на твой авантюрный план, - усмехается. Выглядит уставшим. Еще бы. В отличие от меня и Мии, Клинский работает по графику и порой еще дома делает дела.

— Я бы предложила тебе выступить фиктивным отцом, только вот через пару месяцев у меня должен быть какой – никакой, но живот. Если его не будет, у родственников и бывшего мужа возникнут вопросы. Бабушка будет в страшном гневе, если поймет, что ее обманули. Достанется и тебе, и мне.

— Мне нужно начинать бояться? – улыбка Антона действует на меня волнующим образом. Я как дурочка начинаю улыбаться в ответ. И взгляд уставших глаз мне тоже нравится, хочется подойти к нему и обнять. Просто так. Как чудесное завершение этого дня.