— Он мне изменил, тайно подал на развод и желает извлечь выгоду из развода, - поджимаю губы. – Никогда не выходи замуж по указке близких.

— О да…. – Мия закатывает глаза. – Именно поэтому я уехала от родителей. Они каждый день обсуждали, какая девушка нужна брату, при этом иногда размышляли, какой парень нужен мне.

— Твоему брату подыскивают девушку? – заинтересованно смотрю на сестру Антона. – Он сам не в состоянии?

— Думаю, что из-за работы он об этом даже не задумывается, а вот мама очень ждет внуков. И видимо будет еще долго ждать, - Мия усмехается, потом неожиданно хлопает в ладони и потирает их. – Кажется, я проголодалась, пора перекусить. Чур, я выбираю.

Мы выходим из парка, на автобусе едем в ресторан, который выбрала Мия. По дороге смеемся, замечаю, что грустные мысли не тревожат и тоска не кусает. Ожидаемо, что Мия тащит меня в национальный ресторан, кухня, которой ей знакома с рождения.

— Может, выпьем еще по рюмашке?

— Что? – удивленно округляю глаза. – Еще светло.

— Пить нужно только ночью? Что за стереотипы!

Мия заказывает бутылочку сладкой водки и много неизвестной по названиям мне еды. Сестра Антона интересно рассказывает, как и что кушать, при этом ловко жаря мясо. Я никогда подобного не ела и не готовила сама под руководством Мии. Сладкая водка оказывает легкой. Пьется как водичка, поэтому неожиданно к одной бутылочки присоединяется еще парочка. Светлый день неожиданно скатывается к вечеру. Внутри появляется пьянящая легкость.

Что у меня, что у Мии иногда вибрирует телефон. Мы не отвечаем, так как не хочется, чтобы прекрасное настроение портили. После вкусной еды и выпивки отправляемся бродить по городу, распевая разные песни, хихикая. Наше веселье, наверное, продолжалось до утра, только вот мы заинтересовываем сотрудников, соблюдающие порядок. Так как у нас не оказывается с собой документов, под ручки увозят в участок. Не вовремя садится мобильник у Мии, а мой не попадается мне на глаза. Кажется, где-то его оставила. Потеря расстраивает сильнее, чем то, что мы оказываемся в «обезьяннике». Однако, мы там долго не сидим. Кто-то находит номер телефона Клинского, и через час Антон приезжает. С мрачным взглядом, который ничего хорошего нам не предвещает. Кажись, грозовые тучи сгущаются над нашими головами.

Несмотря на свое пьяное состояние, я чувствую смущение, когда Клинский уходит объясняться с представителями правопорядка. Мия поет себе под нос, присутствие брата ее не напрягает. Она будто привыкла, что все проблемы решает за нее.

— На выход, - неприветливо нас оповещает сотрудник полиции, открывая дверь. Мия резво подрывается со скамейки и выходит. Я иду следом, не зная, как смотреть Антону в глаза.

— Карту, - первое, что просит Клинский, увидев нас.

Я спешно лезу в сумочку и достаю его карту. Получив ее, Антон отворачивается от нас и направляется на выход. Мия моментально меняется в настроении. Мы переглядываемся и, как провинившиеся дети, идем на улицу. Робко подходим к машине. Я сажусь сзади, сестра Клинского садится рядом со мной. Никто из нас не рискнул занять место спереди. Как только трогаемся с места, Мия робко подает голос:

— Мы немного увлеклись, развлекаясь. Немного выпили, было весело. Хотелось веселиться дальше. Прости.

Антон молчит. Его молчание выразительнее всяких нравоучительных слов и громких криков. Я чувствую себя виноватой. Хочется как-то исправить свой косяк.

— Я больше так не буду, - кается Мия. - Обещаю быть хорошей девочкой.

Молчание со стороны Антона не нарушается. В давящей обстановке доезжаем до жилого комплекса. Переглядываемся с Мией. Первый выходит Антон, мы следом, будто нам дали разрешение. Внезапно он останавливается, мы едва успеваем затормозить, чтобы не налететь на него. Оборачивается. Смотрит сначала на сестру, потом на меня.

— Иди домой, я провожу Лену до квартиры, - от его равнодушного тона я и Мия втягиваем головы в плечи.

Мия послушно семенит в сторону своего подъезда, я послушно иду за Антоном. Он открывает дверь и пропускает меня. В лифте я вжимаюсь стену, концентрируя внимание на цифрах. Однако, несмотря на то, что лифт вроде просторный, мне тесно. И немного душно. Обмахиваю свое лицо ладонью, чувствуя, как оно горит. Либо от алкоголя, либо от возникшей простуды. Чувство вины точит изнутри, как червяк яблоко.

— В алкогольном опьянении может случиться все что угодно. Не вы, так вас.

— Мы выпили чуть-чуть, - вяленько оправдываюсь.

— Чуть-чуть, что вас задержали, - в голосе Клинского слышится раздражение. – В любом случае, чтобы подобного больше не повторилось, в ближайшее время я подберу для тебя работу. Неважно кем, да хоть уборщицей.

— Ну…