Его губы накрыли мои в нежном, но уверенном поцелуе. На мгновение я замерла, застыла, чувствуя, как где-то глубоко в душе что-то ломается, рушится под натиском решительного прикосновения.

Трепет пробежал по телу, как электрический разряд. Я скучала по нему, по этим прикосновениям, которые уже казались такими родными.

Слёзы, которые я сдерживала всё это время, хлынули сами собой, смешиваясь с поцелуем, становившимся всё глубже и теплее. Душа, разрываемая болью и сомнениями, вдруг откликнулась.

Я не смогла с собой ничего поделать. Ответила. Сначала робко, будто боялась утонуть в этих ощущениях, но затем полностью отдалась моменту.

Мир исчез. Был только Влад – его губы, его руки, нежные и сильные одновременно, и его дыхание, которым я жадно наполнялась.

Когда он, наконец, отстранился, его глаза встретили мои. В них было столько искренности, что я едва удерживалась на ногах.

– Потому что ты моя, Вик, – прошептал он, его голос был хриплым, почти болезненным. – И я больше не позволю себе тебя потерять.

Я не смогла ничего ответить. Мой голос утонул где-то в груди, но сердце говорило за меня, билось громко и отчаянно, готовое верить ему снова.

– Стоило тебя ненадолго оставить, как накинулись шакалы, – хмыкнул он. – А их главарь отирается где-то тут неподалеку.

– Он мой сосед с восьмого.

– Даже так? – он удивленно приподнял бровь. – Этот стратег-тактик слишком близко подобрался к тебе.

– Влад, хватит, – вздохнув, перебила я. – Я больше не хочу это обсуждать. Я устала и хочу побыть одна.

– Ушам не верю! Ты меня выгоняешь?! – окинув меня оценивающим взглядом, воскликнул он.

– Я просто хочу побыть одна со своими мыслями. Подумать…

– Нет, – решительно перебил он и в довесок отрицательно мотнул головой.

– Что значит «нет»? – я посмотрела на него с непониманием.

– То и значит, – он сделал ещё шаг ближе, его взгляд стал твёрже. – Либо я остаюсь здесь, либо ты едешь со мной. Но думать ты будешь недалеко от меня. Выбирай.

– Это... это невыносимо! – выкрикнула я, всплеснув руками от бессилия.

– Знаю, – коротко ответил он, опустив взгляд, словно признавая свои ошибки. Но затем снова посмотрел на меня, и в его глазах была непоколебимая решимость. – Но я не могу иначе, Вик. Я больше не оставлю тебя одну. Привыкай.

Я стояла в растерянности, оглядывая хаос, который царил вокруг. Осколки разбитой вазы, опрокинутые стулья, следы борьбы – квартира выглядела так, словно через неё прошёл злобный торнадо.

– Это... – начала я, но не нашла слов, чтобы закончить.

Влад, наоборот, выглядел абсолютно спокойным. Он скользнул взглядом по разрушенному интерьеру, затем повернулся ко мне, с непоколебимым выражением лица.

– Здесь нужен клининг, – заявил он, будто это было очевидно. – Я всё улажу.

– Клининг? – растерянно повторила я.

– Ну да. Специалисты всё уберут, – он вытащил телефон из кармана. – А мы поедем ко мне.

– Влад... – я начала протестовать, но его взгляд, полный решимости, заставил замолчать.

– Вик, это не обсуждается. – Он уже набирал номер.

Я смотрела, как он что-то говорит в трубку, уверенно диктуя адрес, и внутри у меня поднималась смесь раздражения и... облегчения.

– Всё, – объявил он, убирая телефон. – Через час будут. А пока собирай вещи.

– Я... Я не уверена, – начала я, но он лишь усмехнулся.

– Ладно, тогда я сам соберу, – сказал он с показной лёгкостью. – Мне не впервой копаться в твоих трусиках.

Он развернулся и целенаправленно пошёл в сторону спальни.

– Влад! – я бросилась за ним, перепуганная самой мыслью, что он станет рыться в моих вещах. – Я сама! Ладно?!

Я обогнала его, преграждая путь. Он остановился, скрестив руки на груди, и посмотрел на меня с довольным видом.

– Как скажешь, – проговорил он с насмешливой ноткой. – Но поторопись.

Я быстро собрала свои вещи, швыряя их в спортивную сумку, которую недавно привезла от него. Влад, конечно же, уже заглянул в комнату, лениво прислонившись плечом к дверному косяку.

– Все ценности и документы тоже прихвати, – добавил он.

– Всё уже здесь, – торопливо ответила я, пытаясь сообразить, ничего ли больше не забыла?

– У тебя всё умещается в одну сумку? – поддел он, глядя, как я нервно натягиваю молнию.

– Мне много и не нужно, – огрызнулась я.

– Понял, лаконичность – твоё всё, – хмыкнул он, подхватывая сумку прежде, чем я успела её поднять. – Ключ от квартиры оставь на полке, после уборки ее закроют и вернут назад.

Я закатила глаза, но спорить не стала. Он уже вышел в коридор, и мне ничего не оставалось, как следовать за ним.