-- Пока я не собираюсь давать ход этим бумагам, мадам Трюффе. Но и обещать вам ничего не могу. Они останутся у меня. И если я сочту, что это необходимо, я их обнародую.
Деморализованная и рыдающая мадам под охраной капитана была уведена, а Анна весь завтрак размышляла, как лучше сделать: «Если бы не визит принца и его прямой приказ… Скорее всего, этот самый мой муж даже не подозревает, что здесь происходит. Но вот захочет ли он слушать такую информацию о своей матери? Пока что у меня вопросов больше, чем ответов. Остается только надеяться, что дофин или не заедет сюда больше, или не спросит, чем дело кончилось. Врать ему в лицо я не стану, однозначно. Это слишком рискованно. Так что если спросит, получит полный отчет, а потом уже пусть сам решает, что в местном гадюшнике допустимо, а что нет. Но лучше бы не спрашивал. В таких историях неизвестно, кому голову снесут – правым или виноватым.».
Через день мадам Трюффе, все еще утирающая слезы, была отпущена в шато. На прощание она робко спросила:
-- Ваша светлость, приготовить ваши комнаты к переезду?
-- Мои комнаты?
-- Да, ваши покои в шато Санта Лафи.
Анна задумалась, стоит ли перебираться: «Там роскошнее, больше комнат и вроде бы почетнее жить. Но здесь у меня только те люди, с кем мне приятно проводить время. Шато находится дальше от города: и патер, и учителя будут тратить больше времени на дорогу. Смысл-то какой? Я и здесь вполне себе удобно устроилась, здесь швейная мастерская во флигеле. Правда, места становится мало, но жить рядом с Трюффе и сидеть за одним столом…»
-- Нет, я останусь здесь. И не забывайте высылать мне еду, дрова и фураж для животных. Увеличьте поставки в два раза, и у меня не будет нужды докупать все это. Понятно?
-- Как прикажете, ваша светлость!
-- На вашем месте я бы не торопилась сообщать о всем произошедшем графине Аржентальской. Если и остались какие-то концы, мадам их быстро подчистит. Деньги вы ей должны были высылать раз в год? Правильно? Ну вот и промолчите до следующего.
-- Конечно-конечно, ваша светлость! Именно так я и сделаю! Но…
-- Что еще?
-- Раз в месяц-полтора герцогиня присылает посыльного за письмом.
-- Мадам Трюффе, я в любом случае не пострадаю. А уж с этим разбирайтесь сами. Ступайте.
«Слизкая какая! Прямо улитка, а не человек... -- Анна раздраженно прошлась по комнате, размышляя. – Теперь у меня хороший запас денег. Если не шиковать, то года на два-три хватит на содержание всем: и прислуге, и охране. Но как-то это неправильно, чтобы деньги лежали просто так…»
Во всех книгах, что она читала в том мире, если вопрос касался денег, то следовала фраза типа: «Деньги не должны лежать, они должны работать.». Именно поэтому сейчас герцогиня и размышляла, что делать с неожиданно свалившимся богатством: «Пожалуй, весной стоит сделать пристрой к флигелю и взять тот заказ на форму солдатскую. Мэр города поговаривал про сорок комплектов. Значит, как минимум швеи свое содержание отработают. А с остальными деньгами что делать? Самой виноградник развести? Так я в нем ничего не понимаю. Да и конкурировать с крупными виноторговцами не смогу.
Попробовать шить форму на поток? Это не столица с кучей вояк, здесь крупных землевладений нет, а до соседних провинций пока дойдет… Или, может быть, взять охрану и в гости смотаться?»
Так и не придя к какому-то серьезному решению, Анна поняла, что устала за эти недели от бесконечных бумаг, разборов с мадам Трюффе и прочего. Внезапно повеселев, она вызвала к себе мадам Берк: «В конце-то концов! Герцогиня я или что?! Могу себе просто пикник устроить?! Могу!»
Идея герцогини мадам слегка шокировала:
-- Прямо на улице, под снегом?! А если метель? А если…
-- Особо ветров еще и нет, мадам Берк. Это уж после Рождества Христова все заметет. Но вы совершенно правы: необходим навес с удобной крышей!
-- Ну как же так, ваша светлость! Понятное дело, если бы охота была, тогда и едят мясо на свежем воздухе прямо в лесу. А просто так…
-- О! Прекрасная мысль, мадам Берк! Бертина, пригласи ко мне повариху! Обещаю, мадам Берк, что вам понравится мясо на свежем воздухе!
Очередной четверг начался совершенно необычно. Во-первых, все гости получили бумажные приглашения, чего отродясь не бывало раньше. Четверги вообще организовались как-то довольно стихийно. В этот же раз было четко указано, что требуется уличная и теплая форма одежды.
Месье Жюль пробовал выяснить кое-что прямо во время уроков, но герцогиня только улыбалась и отказывалась отвечать:
-- Узнаете в свое время, месье! Главное, оденьтесь тепло!