- Врушка ты, мелкая, - усмехаюсь и целую ребенка в румяную щечку. – Давай быстро специальным мыльцем тебя обмою и пойдем одеваться. Ты, наверное, уже есть хочешь, да?

- Да! – и весело подпрыгивает у меня на руках, едва не свалившись, потому что очень скользкая из-за воды на коже.

- Лия! Блин! У меня чуть разрыв сердца не произошел!

- Блин!

- Нет! Это не очень хорошее слово, не говори его пожалуйста, - вымыв, заворачиваю малышку в полотенце и выношу в спальню.

- Блин! Блин! Бли-и-и-н!

Просто игнорирую эти чукотские песни, делая вид, что оглохла.

- Бли-и-и-и-и-и-и-ин!

Я все так же ничего не слыша, переодеваю ребенка в чистые вещи, а потом говорю:

- Ну что? Идем завтракать? Обещаю эту ужасную черную жижу тебе никто давать не будет, но и кашу пока не дам, нужно ее оставить на всякий непредвиденный случай, ясно?

- Сно! – хихикает малышка, весело рванув от меня на четвереньках. Хорошо двери везде закрыты, далеко не уползет.

Подхватываю ее с полу, и мы идем завтракать. Как и было обещано, Лие достается веселенькое желтое пюре, которое она сначала ковыряет и весело разбрасывает на всех вокруг, но потом все-таки, распробовав, спокойно съедает полную тарелку, давая возможность и всем остальным вылезти из укрытия и спокойно поесть.

Эвер к нам не присоединился, сообщил через экономку, что занят. Поэтому едим мы вчетвером: Лия, я, Шурик и Мари. После завтрака бывшая горничная приводит ко мне своих четырех подружек. Ну что тут сказать? Хочется их всех обнять и плакать. Худые, бледные, все невысокого роста и мелкого возраста. Хотя… потом выясняется, что не такого уже и мелкого. Самой младшей – семнадцать. Остальным уже по двадцать. А Мари так вообще двадцать три. Вот это я удивилась. Реально, выглядит не старше шестнадцати. Ничего, откормится, отдохнет…. Так… Они тут не на отдыхе, алло, Софья.

Мысленно отвесив себе подзатыльник, громогласно сообщаю:

- Девушки, вас всех принято в славный охранный отряд нянь особого назначения! Поздравляю. С сегодняшнего дня вы переселяетесь в комнаты поближе к детской. В ваши обязанности входит неустанное и постоянное пребывание при ребенке, забота о его потребностях и безопасности. Чтобы оправдать оказанное вам высокое доверие, придется работать много и до седьмого пота, сразу предупреждаю. Причем до седьмого пота – это сказано не ради красного словца. Я буду учить вас защищать себя и ребенка, если на то будет нужда. Вы станете сильными и смелыми, умеющими дать сдачи хулигану и осадить любого мужчину, все равно каких габаритов. Будет тяжело. Поблажек я не дам, поэтому сразу предупреждаю, кто считает, что не справится – лучше уходите сейчас.

Замолкаю и жду. Девушки между собой переглядываются, но ни одна не спешит уйти.

- Хорошо. Раз так, то сейчас завтракайте, а потом идем на улицу. Сегодня у нас будет кросс на скорость. А потом на выносливость. И да, теперь вы сможете уйти из особого отряда только если умрете.

В общем, запугала, как могла. Тяжелые времена требуют таких же мер.

- Жанна, подбери задницу, что ты ее отклячила назад? Тут мужиков нет, не перед кем красоваться! – кричу бегущей впереди девчушке с копной русых кудряшек. – Да и красоваться у тебя там особо нечем! Сначала откорми и наприседай! Ника! Что ты плетешься позади? А ну, налегай! С такими длиннющими ногами и бежать самой последней – это стыдоба! Девчоночки! Кто последний прибежит – приседает пятьдесят раз!

В ответ мне несется хор нестройных стенаний, но я даже бровью не веду. Ибо нечего! Десять дней уже занимаются, пора нагрузку увеличивать! Себе, например, я уже добавила. И занятий на пресс, и приседаний, и выпадов. Раз я могу, то и они смогут!

- Шевелитесь! – кричу, а потом тише добавляю. – Шурик, прекращай так облизывать взглядом Мари, если не хочешь получить подзатыльник и понижение в должности до уборщика детского горшка.

- Софья! Да разве же я мог… вот это вот, с позволения сказать, облизывать. Фи, какие у вас слова. По сей день поражаюсь вашего словарному запасу, дорогая леди.

- Ты мне по ушам не езди, велеречивый ты наш. Учти - я предупредила.

- Нравится мне она, - выдает как на духу Шурик.

- И что? Ты стар для нее. Она же девчонка совсем.

- Ну не такая уже и девчонка. Двадцать три года. В ней магии мало, а значит, продолжительность жизни невысока, увы.

- Это сколько?

- До ста лет, может, чуть больше.

- И что? Это делает тебя моложе? – недоумевающе смотрю на Шурика.

- Нет, но это дает ей возможность за счет моего ресурса магии прожить дольше, если мы пройдем ритуал соединения.

- А вы пройдете? – спрашиваю прямо.

- Ну… так далеко я еще не заглядывал…