- Привет, - отзывается Игнат, а потом берет приготовленный для него кофе, и, как ни в чем не бывало, начинает пить.

Я просто на грани, а он запросто начинает пить чертов кофе!

- Игнат, хочу сказать, что ты стал ещё привлекательнее, чем, когда мы учились в школе, – вдруг выдает Мила, совершенно не обращая внимания на мое состояние.

Подходит к холодильнику, и достает оттуда сок.

Вклинившись между нами, тянется за стаканом, а потом наливает себе.

- А что, как у тебя с личной жизнью? Ничего, что я спрашиваю? Есть у тебя любимая девушка?

Я ахаю.

Не представляю, что сейчас подумает по поводу бесцеремонного вопроса Милы Игнат. Пошлет, и никто не в праве будет его за это осудить.

Но, на удивление, он и бровью не ведет.

- Есть, - отвечает спокойно, будто бы речь идет о чем-то обыденном.

Хотя я была уверена, на все сто процентов уверена, что в лучшем случае он проигнорирует.

Но... Он подтверждает, что девушка есть, а смотрит при этом почему-то на меня. Хочет узнать реакцию?

- Оуу, - бормочет Мила.

Бросает в мою сторону виноватый взгляд. Мол, прости, я совсем не ожидала.

Не знаю вообще, на что она рассчитывала.

Надо будет сказать, чтобы завязывала с выпивкой, потому что последствия ощущаются даже на следующий день.

И тут же мысленно возвращаюсь к его ответу.

Потому что… Как же так?

Замираю, не в силах пошевелиться. Новость переносится тяжелее, чем я бы могла предположить.

Впрочем, чему удивляться…

Надеюсь только, что он не станет распространять подробности своих отношений здесь, на моей кухне.

А ещё лапал. Ну…почти. А я, словно дура, чуть ли не растеклась перед ним.

- Отлично, - произношу.

Приходится слегка прокашляться.

После полученной только что информации его извинение выглядит жалким, и отходит на второй план.

- Мы выросли, Мил. У нас у всех, конечно же, есть своя личная жизнь, - говорю, стараясь, изо всех сил стараясь звучать максимально бодро и деловито. - А теперь, если не возражаете, я пойду к себе. Переодеваться. Мил, надеюсь, ты ещё не забыла о наших планах?

С этими словами я задираю подбородок повыше, и походкой профессиональной модели, выученной мной ещё в средней школе, поскорее убираюсь из кухни.

Дура. Какая же дура.

Нахрен все.

…

- Нахер, завязываю пить, - ворчит взъерошенный брат, вплывая, а скорее вползая в кухню.

Я появляюсь следом за ним уже при всем параде. То есть, переодетая в уличную одежду. Футболку, джинсы. В руках наготове кардиган.

По сравнению с Гором чувствую себя, словно в закрытом скафандре.

Джинсы с низкой посадкой мой братец натянул, а вот про футболку и обувь как-то запамятовал. Или он специально для Милы?

Не терпит, чтобы ему кто-то отказывал. Ну просто совсем не переносит.

Ведь не было такого никогда, чтобы алкоголь действовал на него настолько сильно.

Притворяется, точно.

Вот же гад.

- А, и ты здесь, - бросает, словно нехотя, едва взглянув на подругу.

Проходит к столу, хватает бутылку воды и начинает заливать в себя содержимое прямо из горлышка.

Мышцы его плеч и рук, прокачанного пресса сокращаются.

Подруга хмыкает, и сейчас же отворачивается.

- Нам нужно ехать, - говорю я, конкретно ни к кому не обращаясь. – У нас с Милой важные дела.

Игнат, видимо, уже выпил кофе. Помытая чашка стоит вместе с другой чистой посудой. Сам же он переместился к окну. Стоит полубоком, и, кажется, рассматривает двор.

- Какие ещё дела, в воскресенье утром? – хмурится брат.

И вот бы думаю, что ли рассказать ему про обыск…Но Мила вдруг резко поднимается с дивана, и подходит ко мне.

- Важные, Горский, - дерзит она. – Тебе же ясно сказано.

- Вы можете оставаться, - предлагаю я. - Хотя…Игнату, наверное, нужно поскорее вернуться к своей девушке.

Брат хмурится.

- К какой девушке?

Будто непонимающе переводит взгляд с меня на лучшего друга.

- Мы вас отвезем, - говорит Игнат, оторвав взгляд от созерцания пейзажа и переведя его на нашу компанию.

Опять?