Слишком долго я старалась быть спокойной, пыталась вести себя благовоспитанно, но больше это невозможно. Его самоуверенность, это решение, которое он принял за нас обоих, будто я не имею права голоса!

- Нет, - выпаливаю я резко, ощущая, как голос дрожит, но не от страха, а от возмущения. - Нет, Игнат, ты не можешь так просто решить это за меня. Я не буду с тобой. Я не собираюсь выходить за тебя замуж! Вообще не собираюсь замуж!

Мама ахает, прикрыв рот рукой, и я вижу, как ее глаза расширяются от шока. Папа вообще никак не реагирует.

Игнат молчит. Его лицо не меняется, и я не знаю, задели ли хоть что-то в нем мои слова.

Он медленно выдыхает, сжимая челюсти, но его взгляд все так же безразличен.

- Думаю, мы обсудим это наедине, - произносит он.

- Думаю, что я не голодна, - в тон ему отвечаю, и сейчас же вскакиваю с места.

Вырываюсь из-за стола, словно пружина, не в силах больше выдерживать это напряжение.

Чувствую на себе взгляд Игната, но не оборачиваюсь. Просто бегу. Вся ситуация становится невыносимой, каждое его слово загоняет меня в угол. Я не могу оставаться здесь ни секунды дольше.

Выбегаю в коридор, дыхание сбивается, мысли путаются, но я знаю только одно, следует убежать подальше. Поэтому я выбегаю в сад.

И снова бегу, едва чувствуя землю под ногами.

Зеленые кроны деревьев мелькают, а мысли только об одном - выбраться отсюда, сбежать подальше. Как можно дальше от Игната, от его слов, от той уверенности, с которой он произносит все, что рушит мои стены.

Но он бежит за мной.

Я слышу его шаги, его дыхание где-то позади, и это только подгоняет меня сильнее.

В какой-то момент я срываюсь с тропинки и бегу через небольшой лесок. Тень деревьев нависает над головой, прохлада обволакивает, но я все равно знаю, что долго так не продержусь.

Бежать становится все сложнее.

И вот, едва замедляюсь, я чувствую его.

Его рука хватает меня за талию, и я не успеваю сделать больше шага. Меня разворачивает и резко прижимает к стволу ближайшего дерева. Спина ударяется о шершавую кору, а он…

Он нависает. Так близко, что я не могу ни пошевелиться, ни спрятаться. Его тело блокирует любое движение, горячее дыхание обжигает лицо, а в глазах - буря, которая не утихает ни на секунду.

Руки он кладет по обе стороны от меня, прижимая к дереву сильнее, запирая в этой ловушке.

- Быстро бегаешь.

Его голос прерывистый, каждое слово бьет по нервам.

- Игнат, отпусти.

Я пытаюсь выдавить из себя хоть какую-то уверенность, но мой голос дрожит. Каждая частичка тела вибрирует. Как же чертовски сложно справиться с этим бушующим штормом внутри.

Его глаза темнеют, и этот взгляд проникает глубже, чем я могу позволить.

- Не надейся, - говорит он.

Его лицо склоняется ближе, так что я чувствую его тепло.

- Ты можешь бегать сколько угодно, Принцесса, но мы оба знаем, что это бесполезно.

Его слова обжигают. Тело предает.

- Я… не буду с тобой встречаться, - шепчу тем не менее, хоть и сама не верю своим словам.

Близость его тела, сила его рук - все это сводит меня с ума. Я словно бы подстраиваюсь под него.

Я - для него.

Игнат всегда знал, как играть на моих чувствах, как выводить, как успокаивать потом, и сейчас, зажатая между ним и деревом, без шансов на побег, я словно бы снова возвращаюсь в прошлое.

- Скажи это, глядя мне в глаза, - он медленно поднимает руку и касается моего подбородка, чуть приподнимая его, заставляя меня встретиться с его взглядом. - Скажи, что я тебе не нужен.

А я не могу. Слова застревают в горле. Ведь Игнат всегда, абсолютно всегда, в каждый гребаный чертов день был нужен мне!

Его прикосновение обжигает с новой силой, а глаза заглядывают так глубоко, что я чувствую себя совершенно обнаженной перед ним, как будто от него ничего не скрыть.

- Ты не имел права прилетать сюда!

- Да что ты.

- Я уже давно не та девчонка, которая бегала за тобой! У меня своя жизнь, свои решения!

Мои слова льются потоком, но одновременно с этим я чувствую, что контроль давно потерян.

- Ты не имеешь права! Ты...

Но я не успеваю закончить фразу.

Потому что он целует меня, и я начинаю задыхаться.