Держится чуть позади, но кажется, что все же контролирует. Обратно, видимо, будет добираться на такси.

Сижу, посматриваю в зеркальце заднего вида, чтобы не явно оборачиваться, и понимаю, что моя обида на него отчего-то никуда не делась. Даже наоборот. Вот, вылезла в самый неподходящий момент. А ведь могла бы поехать к нему, где бы мы очень классно, и в этом никаких сомнений, провели время. Сто процентов, что он бы не отказался.

Но нет.

А потому все происходит вот так. Нелепо, но в то же время, в какой-то мере, мне отчего-то так даже спокойнее.

- Спасибо, что подвезли, - бросаю таксисту, и достаю деньги.

- Все оплачено, - сообщает тот.

- Это чаевые.

Передаю купюру, а потом вылезаю из машины.

Игнат паркуется и тоже выходит. Молча слежу за его приближением.

- Держи ключи, - говорит, и протягивает.

- Спасибо.

Забираю.

- Идем, провожу.

- Не стоит, Игнат.

- Не буду заходить, не волнуйся.

- И всё же, нет. Это безопасный дом, достаточно, что проводишь до подъезда.

И снова этот пронзающий взгляд.

- Ладно, как хочешь, - произносит, наконец.

Доходим в молчании, а потом я скрываюсь в подъезде, пробегаю мимо консьержа. Дальше лифт, квартира. Едва дверь захлопывается, как забегаю в спальню, кидаюсь на кровать, и принимаюсь отчаянно рыдать.

…

Утро встречаю с абсолютно красными глазами, но через полтора часа начало съемки, сама же и назначила. А потому я усиленно замазываю следы вчерашнего срыва.

Хочется позвонить Игнату, извиниться за то, что, возможно, была излишне резка, потому что перепила, но не делаю этого. Хватит и того, что, как дура, вывалила на него все про наше расследование.

Собираюсь, и выезжаю.

Съемка сложная, проходит до самого вечера. Несколько дублей приходится переснимать. Настроение ещё отчего-то препаршивое. Вроде бы без видимых причин, но на самом деле, я просто понимаю, что никак не могу разобраться в себе.

Когда возвращалась сюда, была уверена, что стала намного взрослее, умнее, и ни за что теперь не поддамся на чары Игната. Но в итоге и месяца не прошло, как с ним переспала. Позволила многое, отдала ему свою девственность.

Потому что мечтала об этом, начиная со своего пятнадцатилетия.

И что в итоге?

Он захотел уведомить родителей о наших отношениях. А я… И хоть понравилось все, да ещё как, но…

В итоге, я все ещё не знаю, чего хочу.

Возможно ли такое, что я не испытываю на самом деле никаких чувств к нему, а это был лишь подростковый незакрытый гештальт?

Не знаю.

А с Дианой что?

Хочет помешать моему бизнесу, что-то там за спиной мутит с Игнатом…

А Мила присылает мне сообщение, что они с Игорем улетели в Париж. Фотки классные. Может и совместные есть, не знаю, она пока что присылает мне только улыбающуюся себя.

Вот круто, взяли и полетели. Прям чувствуется в этой легкости и спонтанности рука брата. А я чем хуже?

И пока сотрудники разбирают постройку, что я сооружала много часов, на сладкие куски и раздают гостям и прохожим, я лезу в приложение и мониторю билеты на самолет.

Очень удачно, рейс как раз через четыре часа.

А потом подхожу к Никите, как к единственному парню из нашей команды.

- Никит, хочу слетать в Италию на недельку, - произношу, стараясь выглядеть при этом беззаботной. – Но одной скучно. Не хочешь составить компанию?

Наблюдаю за тем, как лицо парня вытягивается.

- Всё за счет фирмы, ты же мой сотрудник. Считай, это будет служебная командировка, с той лишь разницей, что жить будем в доме моих родителей. Он большой, и на отель не придется тратиться.

- Эммм, да, Алис, конечно, - бормочет парень, но по его лицу явственно видно, что не до конца верит в такую перспективу.

- Отлично, - киваю, и улыбаюсь. – Поедем в аэропорт сразу же, как только освободимся. По дороге можем заехать к тебе за вещами.

Сказано, сделано. Сама не могу поверить.

Но уже через каких-то три часа мы с Никитой регистрируемся на рейс.

Интересно, как быстро доложат об этом Игнату?

Впрочем, неважно. В свое время он тоже не поставил меня ни о чем в известность.