Мне же кажется, я достаточно показательно не вешаюсь на него. Пусть лучше так, чем снова бегать за ним. Дистанция в наших отношениях – это то, за чем я намерена следить.

- Может все же объяснишь, что конкретно ты имеешь в виду?

Делает шаг ко мне.

Отталкиваюсь от спинки дивана, достигаю двери и вылетаю из комнаты.

Игнат догоняет.

- Алис.

И дергает на себя.

- Ты ни разу не говорил, что чувствуешь ко мне, - бормочу, опустив глаза, и упираясь ладонями ему в грудь.

- Что?

- Что слышал.

- Я же, блядь, только утром говорил о своих планах.

Кажется, все же немного удается вывести его.

- Это ещё ничего не означает! О чувствах ко мне ты не говорил.

- А без слов непонятно? Люблю. Уже хрен сколько времени. С тех пор, как впервые увидел.

Закусываю губу.

Чертовски приятно, конечно. Но... Не сдаюсь.

- Ты… все решил за нас. Не спросив. Я не согласна.

Вырываюсь.

- И… мне надо на минуту отойти. Спускайся пока, я сейчас.

И снова сбегаю. На этот раз в мамину комнату.

Отыскиваю в шкафу аптечку, а в ней таблетки от нежелательной беременности.

Конечно, риск забеременеть у меня сейчас крайне мал, но все же хочется свести его к абсолютному минимуму. Читаю инструкцию, а потом, недолго думая, выпиваю таблетку.

Аптечку возвращаю обратно, слегка поправляю волосы перед зеркалом, и возвращаюсь в холл.

Спускаюсь.

И замираю, когда впереди слышатся приглушенные голоса.

- Идем в кабинет, - произносит жестко и безапелляционно дед.

И они с Игнатом уходят.

Что? Приехал? Уже? Так быстро?

Он же собирался вечером. Я рассчитывала успеть выпроводить Игната как раз до его приезда.

Соскакиваю со ступенек и пулей лечу в том направлении, куда они ушли. Толкаю тяжелую дверь, но она не поддается.

Тогда я выскакиваю из дома и огибаю его, отыскиваю нужное окно.

Слышимость не очень хорошая, однако слова долетают. Я замираю и начинаю прислушиваться.

- Ты с ума сошел! – громко высказывает дед.

Тоном, как обычно, властным и не терпящим возражений.

И в то же время не слишком официальным.

Будто...Будто они уже общались, а не то, что не виделись целых три года и дед с трудом припоминает, кто это и что.

А вот Игната мне как-то не слышно. То ли стоит далеко, то ли говорит слишком тихо. Или же вообще молчит.

Черт.

Но ближе уже не подобраться.

- Ладно, допустим, - продолжает дед, чуть сбавив обороты.

Значит, Игнат все же что-то ответил ему.

- Допустим.

Его голос неожиданно становится громче, словно бы он не стоит на месте, а в раздражении перемещается по комнате.

Он именно так и делает обычно, когда нервничает.

- Допустим, пока я жив, тебе ничего не грозит. Но дальше? Хочешь подвергнуть ее такому риску? На что рассчитываешь?

Ничего не понимаю. Какому риску?

- Кто будет прикрывать твою задницу в случае чего…

А дальше урывками, урывками…

Дед снова перемещается куда-то вглубь.

- Так что… Держись от моей внучки подальше… Чтобы и близко… Иначе….

Нет, такое слышать становится мне уже слишком невыносимо.

Да, я и сама не сильно-то церемонилась с Игнатом, но то я. А вот когда его трогает кто-то другой, это…Это для меня уже совсем другое дело. Отзывается болезненными спазмами.

Быстро обегаю дом, врываюсь в холл, а потом принимаюсь колотить в дверь кабинета.

Когда, через долгие минуты, она наконец, распахивается, я взбудоражена и перевозбуждена.

- Привет, - восклицаю громко.

Быстро осматриваюсь.

Дед у окна, Игнат перед дверью. Это он открыл.

- Алиса! - произносит сдержанно.

- Внучка!

Дед, как мне кажется, рад меня видеть. И я его, конечно же, тоже. Но… и жутко страшно.

- А мы тут болтаем о том, о сем с твоим… Эммм… приятелем, - говорит дед.

Перевожу взгляд на Игната. Лицо невозмутимое, как и обычно.

- Я…хочу участвовать в разговоре, - заявляю твердо.

И пусть попробуют теперь меня выгнать.