- Дед - козел и старый маразматик! - возмущается. - Он мог бы протянуть руку помощи, а он в ответ выдал мне тираду о неподходящей жене для своего сына. То есть, тебя! Мама с тобой уже разведена, а он до сих пор ее клянет. Да пошел он в жопу со своей помощью. Даже если бы он согласился мне помочь деньгами, после его слов, я бы ему в рожу плюнул!

Слушаю его негодование, и душа как будто отогревается.

Этот разговор непростой и местами некрасивый, но откровенный.

Мы давно так не говорили.

Я… давно… со своими так не говорил.

Потому что самоустранился.

Оказался виноватым и не смог покаяться, обозлился на себя, но вылил это на самых родных и близких.

Лишился всего.

Лишил их… всего.

Как теперь это все собрать из руин?

- В общем, с девкой этой реши. Уверен, ты поступишь правильно, - говорю сыну.

Никита смотрит мне в глаза, потом отводит взгляд. Чувствую ему сейчас нелегко, но он не любит ложь. По его глазам я понимаю, что он расстроен, но расстанется с этой девицей.

- А что с мамой? - спрашивает Никита. - Она злится, что я не сказал ей о твоем появлении.

- Всё сложно, - говорю коротко. - Но я работаю. Все, иди.

Я успеваю обнять сына напоследок и тру ноющую скулу.

Вот это удар у сопляка!

С виду не скажешь, что он так ударить может. Мой пацан, мужик!

Моя гордость не успела развернуть во всю ширь.

Потому что на телефон упало сообщение:

«Твоя жена у нас»

Виктория

- Вы кто? - выдыхаю я.

Внедорожник мчится в неизвестном направлении.

- Конь в пальто, неужели неясно? - мрачно бросает мужчина пугающей внешности.

Боже, я думала, что мой Женя иногда - страшный в гневе, но я понимаю, как я на самом деле ошибалась, когда смотрю в лицо этого мужчины и даже не могу смотреть дольше нескольких секунд.

Он совершенно точно не в гневе, и, тем не менее, у меня от него кровь стынет в жилах от ужаса.

Какой у него тяжелый взгляд. Как удавка…

А эти пальцы, недобрая усмешка.

Он всего лишь шевельнулся в моем направлении, а я уже забиваюсь в угол, молясь, чтобы он меня не трогал.

- Не нравлюсь? - смеется. - И чё я бабам не нравлюсь, а? - спрашивает у водителя. - Толян, я, что, страшный?

- Базара нет, ты страшный. Я бы сходил под себя, если бы встретил тебя ночью неожиданно.

В ответ мужчина грубо хохочет и тянется, коснувшись моего лица пальцами. Меня ведет от страха и омерзения.

- Покувыркаться бы с такой, красивой. Люблю, когда бабы подо мной воют.

- От ужаса? - ржет водитель.

- Я предпочитаю думать, что от наслаждения. А те, кто считает, что я не прав, плохо кончают.

Новая усмешка.

Мне так дурно и страшно, что я теряю сознание.

*****

Очнулась и понимаю, что меня уже куда-то привезли. Я на постели. Комната небольшая, без окон.

Дверь?

Заперта.

Есть небольшой санузел, слава богу, и на этом все.

Я воспользовалась унитазом. Страшно хочется пить, есть вода из-под крана, я пью ее так, словно она из чистейшего родника!

Потом плетусь обратно до узкой, небольшой кровати и падаю на нее, свернувшись калачиком.

В голове полно мыслей.

Кто они такие? За что?

Неужели наш Никита связался с настолько отбитыми и опасными людьми!

Это же открытый криминал…

Сколько времени так проходит, я не знаю.

Мне кажется, я сойду с ума от неизвестности.

Когда дверь открывается, я вскакиваю и не знаю, куда деваться.

Меня колотит.

В комнату заглядывает мужчина, не тот, что меня похитил, другой. У него более мягкое выражение лица и одновременно с этим более скользкое, как у крысы.

- Очнулась, спящая красавица? У нас на тебя уже очередь выстроилась! - ржет, схватившись рукой за пах. - А теперь разденься.

- Что?

- Разденься и села на пол. Живо! - покрикивает он, направив на меня камеру телефона. - Нужно передать приветик кое-кому.

*****

Липкий страх вынуждает делать все, о чем говорит этот крысеныш.