Было видно, что она искренне рада за меня. От ее улыбки сердце подскочило и звонко ударило в грудь.

— Ань, если ты захочешь вернуться в Санкт-Петербург, то я откажусь от должности. — я пронзительно смотрел прямо на жену.

Аня не отводила своего взгляда.

— Не надо отказываться. Максим, ты давно мечтал о подобной работе, практиковаться в хирургии. К тому же, я и девочки тоже живём в Москве.

— Ань, если ты захочешь... — начал я говорить про переезд.

— Не захочу. Максим, ты должен работать в этой клинике.

Голос жены звучал уверенно. Она уже не напоминала ту запуганную девушку, которая только недавно переехала в столицу.

Я с удивлением отметил, что в моей жене появилась непривычная решительность.

Но я так до конца не понимал — вместе мы или нет.

Аня сказала, что остаётся в столице с девочками. И ни слова обо мне.

— Ты ещё не закончил работать на прежнем месте? — Аня тщательно подбирала слова, когда девочки вышли из-за стола и ушли в комнату.

— Неделю осталось доработать. Ань, мне самому не терпится поскорее уволиться. Я не общаюсь с Ольгой и матерью после того юбилея.

Это была чистая правда. Сразу после празднования юбилея мама позвонила мне. Всегда сдержанная в словах, она кричала мне в трубку, что моя жена сумасшедшая, которая облила ее и испортила платье.

— Это все, что тебя беспокоит?! Платье?! — не мог поверить я.

— Это же настоящий шелк...

— Мам, ты чуть не разрушила мою семью! Спелась с Демник, которую я не люблю!

— Максим, Оля хорошая и умная женщина. Не то что...

— Мам, я Аню люблю и буду любить! Она мать моих дочерей! Твоих внучек, между прочим! — перебил я.

— Оля мне как дочь. У нее и клиника своя. — не унималась мать.

— Вот и общайся с Олей! — я бросил трубку.

Больше родителям не звонил. Все ещё был обижен. Мама тоже проявляла гордость. Либо просто наслаждалась общением с Демник.

Ольга делала попытки уговорить меня остаться на работе. Но я ей больше не верил.

— Максим, ты лишаешь себя отличной работы из-за прихотей своей жены. — настаивала Демник.

— Я сам хочу уйти. Не могу здесь работать больше.

— Максим, не разрушай свою карьеру. — уже мягким голосом говорила Ольга.

— Трусы зачем подкинула?! — я смотрел прямо на нее.

— Она ведь поверила в твою измену. Потому что дура.

— Оль, я доработаю как положено. И больше ты меня не увидишь. — мой голос прозвучал уверенно.

— Думаешь, ты кому-нибудь будешь нужен в Москве кроме меня?! Вот увидишь, тебя нигде не возьмут на работу! Уж я позабочусь об этом! — впервые я видел Ольгу в ярости.

После того момента мы больше не общались, избегали друг друга. И уж конечно, я не сказал Ольге о том, что уже прошел собеседование в крупный Центр хирургии.

После ужина Аня и девочки проводили меня до двери. Я поцеловал дочек.

— Пап, ты завтра придёшь? — в один голос спросили они.

Я посмотрел на жену. Она улыбнулась.

— Пока. — я подошёл к Ане и поцеловал ее в щеку.

Волна непередаваемых эмоций захлестнула меня. Я как будто заново прочувствовал нашу любовь — такую чистую, чувственную и страстную.

— До завтра. — прошептала Аня, в глазах которой я увидел любовь, ради которой был готов на все.

Впервые за долгое время мне сладко спалось в столице. Сегодня меня нисколько не раздражали стены с ободранными обоями или тесная квартира.

Наверное вчерашний ужин в спокойной семейной обстановке помог восполнить утраченные силы. Я уже не чувствовала себя ущемленной и преданной. Потому что Максим сидел напротив. Рядом наши дочки, а на столе — красивый букет цветов, подаренный мужем.

— С добрым утром, мама. — заспанная София легла ко мне в кровать.

— Как тебе спалось?

— Уже лучше. Наверное, потому что папа вчера приходил. — бесхитростно произнесла дочь.

София озвучивала мои мысли. А через минуту к нам присоединилась Настя, которая легла на постель с другой стороны от меня.

— Мои девочки, как же я люблю вас!

Я поочередно целовала Настю и Софию. А дочки весело смеялись.

В отличном расположении духа мы позавтракали. Потом позвонили по видеосвязи Яне и рассказали о переломе Софии.

— Ань, ты только не переживай. Перелом быстро заживёт. — старалась успокоить меня подруга.

— Максим тоже так говорит.

— Ну, если Максим так говорит, то, конечно, все будет хорошо. — Яна понимающе улыбалась.

Подруга слишком хорошо меня знала. И поняла, что я готова простить Максима.

Девочки спокойно играли в комнате, а я разбиралась на кухне. Надела старую футболку, шорты, волосы заколола в пучок.