Только сейчас я посмотрела на часы. Было уже поздно.

— Пап, ты разве не останешься? — спросила Настя.

Максим посмотрел на меня. В его глазах такая тоска. Я чувствовала, что он скучает. Потому что испытывала то же самое.

Но не могла так просто вычеркнуть всю обиду изнутри. Нужно время. Поэтому не стала отвечать дочери и потупила взгляд.

По продолжительному молчанию Максим все понял.

— Я завтра заеду? — спросил он перед уходом.

— Конечно. — я почувствовала, как приятное тепло растекается внутри.

Взгляд Максима задержался на мне. В его темные глазах появился тот самый блеск. Именно так он смотрел на меня, когда признавался в любви, испытывал желание.

Я все поняла без слов. Хотелось прижаться к нему, сказать, как сильно люблю.

Дурацкая гордость не давала приблизиться к мужу.

Максим ещё несколько секунд посмотрел на меня. А потом ушел.

— Папочка завтра придет? — спросила Соня, когда я укладывала дочек.

— Да, милая. — я улыбнулась.

В трудный момент Максим оказался рядом, подставил свое плечо. В этом был весь он. Я всегда считала, что могу на него положиться.

Только этот переезд заставил усомниться в нем. Но сегодняшний вечер, взгляд мужа, полный любви... Обида отступала на второй план.

На следующий день я позвонила Татьяне Михайловне, объяснила всю ситуацию и сказала, что ухожу на больничный.

Боялась внутри себя, что директор проявит недовольство. Но Татьяна Михайловна даже сопереживала мне и пожелала дочке скорейшего выздоровления.

Я, наконец, могла провести больше времени с Настей и Соней. Весь день мы гуляли, много общались и смеялись.

А вечером ждали Максима. Все было как раньше. Только недосказанность между нами стояла прочным барьером.

Как только в дверь позвонили, девочки бросились к двери. Я вышла в коридор. Максим стоял с огромным букетом цветов. Все трое смотрели на меня в ожидании того, что будет дальше…

Последний раз поджилки у меня тряслись в школьные годы, когда злая учитель физики всячески заваливала меня на экзамене. Но сейчас я снова боялся. Стойко стоял в коридоре с букетом цветов. А сам боялся, что Аня швырнет им же в меня.

Жена подошла ближе.

— Привет. Это тебе. — голос хрипит, сказывается нервное напряжение.

— Спасибо. — она робко улыбнулась и приняла букет.

— Пап, ну что ты стоишь в коридоре? Проходи. Да, мам? — Настя с надеждой посмотрела на Аню.

— Конечно, проходи. — жена смотрела на меня сегодня по-другому, не как на врага.

Я поцеловал Настю, а потом присел рядом с Софией.

— Как дела, милая?

Я видел в своей жизни тяжёлых пациентов. Но вчера, когда услышал по телефону плач дочки, сердце ушло в пятки.

При беглом осмотре понял, что скорее всего, перелом. Понимал, что ничего страшного. Но перепугался за дочку. Слишком маленькая ещё. Не хотелось, чтобы она испытывала боль.

— Все хорошо, пап. Только спать тяжело было из-за гипса. — пожаловалась младшая дочь.

— Это пройдет. Скоро снимут. Зато потом будет что вспомнить. — я ласково посмотрел на Софию, а она улыбнулась мне в ответ.

Как же похожа на Аню. Такая же светлая улыбка, глаза лучезарные.

— Поужинаешь с нами? — Аня держалась сдержанно.

— С удовольствием. — я не мог сдержать улыбку.

Боялся сказать лишнее слово, лишь бы снова не начать очередной скандал. Лёгкое перемирие между нами казалось таким шатким.

За столом было непривычно громко. В последнее время я привык есть в тишине, которая угнетала меня. Мне не хватало общения с дочками и женой.

На кухне Аня суетилась с лазаньей. От шикарного аромата, распространившегося по кухне, в животе урчало.

Настя раскладывала приборы. А Соня сидела рядом со мной.

— Как рука? Не болит? — спросил я.

— Нет. — Соня улыбалась.

Я посмотрел на дочек, они выглядели такими счастливыми. Показалось, что это от того, что мы снова все вместе ужинаем. Прямо как раньше.

— Что ты решил с работой? — осторожно спросила Аня, когда мы приступили к ужину.

— Я уже был на собеседовании. Меня берут в Центр хирургии ведущим специалистом.

Я старался говорить спокойно. Хотя испытывал гордость. И хотел, чтобы Аня порадовалась за меня.

Крупная клиника взяла меня на работу. Они предлагали хорошую зарплату. Работа обещала быть интересной. Вот только я до конца не был уверен, что останусь в Москве.

Я жил как будто на чемоданах. Понимал, что если Аня захочет вернуться в Санкт-Петербург, откажусь от перспективной работы и поеду за ней.

— Это же здорово, Максим. — Аня заулыбалась, когда услышала известное название клиники.