— Даже ребенок говорит тебе, что это твое белье. Устами младенца глаголет истина. — раздражённо произнес муж.

— Мам, ну я пойду? — робко спросила дочь.

Я кивнула дочери, а сама обратила яростный взгляд в сторону мужа.

— А я тебе ещё раз повторяю — трусы чужой женщины! Твоей бывшей! Или не знаю, кого ты там приводил!

— Ань, не сходи с ума! Мне было бы смешно, если бы не так грустно! — Максим стоял на своем.

Мне уже казалось, что муж плавно намекает на то, что я рехнулась. Но ведь Настя подтвердила, что нижнее белье было в квартире.

Максим просто делает вид, что ничего он не понимает. Чем больше мы спорили, тем быстрее во мне росла уверенность в измене мужа.

Казалось, что я слишком плохо знала Макса. А он умело играет на два фронта, запудривая мне мозги. А я — дуреха! Потеряла бдительность. Растаяла от поцелуев мужа.

— Ты изменил мне! А сейчас прикидываешься божьим одуванчиком! Так имей совесть признаться, что предал! — я кричала, взывая к совести мужа.

— Ань, ты сошла с ума. Сегодня ночью мне показалось, что у нас все наладилось! Но я вижу, что ошибся! — жёстко произнес муж.

— Да, ты ошибся, если думаешь, что меня можно вот так просто обвести вокруг пальца. Ты мерзавец и подлец!

— Выбирай выражения! — теперь и Максим терял терпение. — Ну что же, если ты считаешь меня мерзавцем и подлецом, то может быть лучше нам просто разойтись?

— Разойтись?! Да, это будет лучшим решением! Я не хочу иметь ничего общего с тобой! — с гневом ответила я.

— Хорошо, как скажешь. Я уйду, но помни, что ты сама виновата! — сказал Максим, поворачиваясь к двери.

— Я продаю квартиру и возвращаюсь в Санкт Петербург! — мой голос звучал уверенно потому, что другого выхода не видела.

— Ань, ты сейчас на эмоциях. Я правда не понимаю, о каком белье ты говоришь. Может старые жильцы оставили. — Максим развернулся, подошел ко мне и попытался обнять.

— Не трогай меня! Никогда! Я не верю тебе! Трусы лежали на заправленной кровати! Они появились после моего выселения из квартиры! Ты изменил мне! Предатель! Ненавижу!

Я стучала кулаками по мощной груди мужа. Он старался успокоить меня, перехватить мои руки. Но во мне появилась такая сила, что я готова была крушить все вокруг.

— Аня! Я не изменял тебе! — прокричал Максим.

— Я с девочками уезжаю в Питер!

— Я не дам тебе увезти детей! — сопротивлялся муж.

— Я не собираюсь тебя больше спрашивать! Ты и так испортил нам жизнь! Видеть тебя не могу!

— Ну раз не можешь, то я ухожу! Надоели твои истерики каждый день! Но и дочерей своих не дам увезти из-за того, что их мать сходит с ума! Квартиру продать не дам. Будете жить в Москве!

— Я хочу продать эту квартиру. Куплю недвижимость в Питере. А ты оставайся со своей бывшей! — упрямо заявила я.

— Ань, я не дам тебе увезти дочек из-за того, что у тебя паранойя. Я же сказал, что не изменял тебе. Что ещё нужно?! — Максим выглядел удручённо. — Эту квартиру не дам продать. Она твоя и девочек. Я не претендую. Но и продать ее не дам.

— Значит, по суду будем делить квартиру!

— Ты хочешь развода? — муж смотрел на меня так, как будто я сошла с ума.

Я не знала, что ответить ему на этот вопрос. Понимала, что от одного неосторожного слова не одна моя жизнь может полететь под откос.

Но я уже была уверена, что Максим изменил мне. Не доверяла ему. Понимала, что его мысли и чувства заняты другой.

— Ты не оставил мне выбора. — прошептала я.

— Выбор есть всегда, Аня! И сейчас ты веришь каким-то нелепым домыслам, а не мне! Я не знаю, откуда в квартире нижнее белье. Но я точно знаю, что никогда не предавал тебя! — сухо ответил Макс.

— Я больше не верю тебе.

И это было самое страшное.

Мой муж сам посеял зерно недоверия. Оно прорастало так быстро, что уже разрушало своими корнями нашу семью.

— Ань, что ты хочешь от меня? — устало спросил Максим.

— Чтобы ты ушел! Можешь вернуться в ту квартиру и посмотреть на нижнее белье, которая забыла твоя любовница! — эмоционально произнесла я.

Максим молча развернулся и вышел из кухни. Я слышала, как он достал из шкафа свою сумку, быстро собирал вещи.

— Мам, папа разве уходит? — Настя подошла ко мне и тихо задала вопрос.

Я сразу отметила, что в голосе дочери не было удивления. За эти тяжёлые дни ссор и недопонимания даже дети привыкли к тому, что папы нет рядом.

— Да. Уходит. — ответила я.

— Куда? — не сдавалась Настя.

— Поедет в съёмную квартиру.

— За трусами? — с сомнением спросила дочь.

В любой другой ситуации мне стало бы смешно от наивного вопроса Насти. Но сейчас хотелось только плакать.

— И за ними тоже. — хрипло прошептала я, стараясь откашлять неприятный ком, который раздирал мне горло.