— Что вы там тайно замышляете?

Пока Михаил был в кабинете отца, он пытался разговорить Пелагею. Но в этот раз она уже не была такой наивной, как при встрече у них дома. Что бы ни спросил, она молчала, как рыба, явно что-то скрывая.

Фадей Никонович недовольно буркнул:

— Ты как себя ведёшь?

— Замечательно! А вот ты и дядя Михаил… Какие очередные пакости вы затеяли? — в голове Эльдара метались некоторые подозрения, но он не готов был их признать. Довести ситуацию Светланы до такого масштаба мог только человек с определенной властью и возможностями. Если кто и был на это способен, но они бы боялись Гусевых и Ласманов.

Дмитрий попросил его привлечь внимание Пелагеи, а Фадей Никонович и Михаил Анатольевич только что явно вели какую-то тайную беседу. Всё это казалось ему неправильным и чересчур запутанным, пускай на самом деле всё было проще некуда: они стояли за произошедшим, а Дмитрий попросил его завлечь собой Пелагею, чтобы использовать ее для угроз. Но, зачем им понадобилось так поступать?

Фадей нахмурился, ощутив отвращение к словам сына. Пакости?!

— Идиот! Мы обсуждали свою работу. Или мне теперь тебе обо всем докладывать надо?! Сам уже взрослый человек, а слово «уважение» так и не появилось в твоём словаре? В такой развитой стране живём, с вековой историей и культурой, а ты до сих пор не знаешь, что такое этикет? Знаменитость? Да чем ты отличаешься от актёришек, которые раньше только и могли, что лицом зарабатывать? Самодовольный и бесстыдный!

С каждым новым словом на лбу Эльдара всё сильнее проступали вздувшиеся вены, отдававшие синевой, а руки с хрустом сжались в кулаки.

Галина Петровна стояла рядом в совершенном шоке, поспешив схватиться за сына:

— Владик, не злись, ты только не злись. Ну характер у отца твоего такой, ты же знаешь!

Эльдар холодно усмехнулся, указав пальцем на Фадея:

— Да разве он хоть когда-то считался со мной? Хоть что-то из того, что я делаю, хоть когда-то удовлетворяло его? Актёришка? Именно этим и собираюсь заняться! И стану самым популярным актёром во всей России! Посмотрим, что тогда ты сможешь со мной сделать!

— Влад, как ты можешь так с отцом разговаривать? — Галина продолжала оттягивать его за собой. — Он ведь твой отец, зачем ты так с ним упрямишься? Стоило в кои-то веки встретиться, а вы опять ссоритесь! Вы точно друг другу родные?

В глазах у женщины уже стояли крупные слёзы. На душе у неё было так грустно. В каком же месте это отец с сыном? Самые настоящие враги!

— Если бы у меня был шанс, я бы ни за что не выбрал в отцы его! — выкрикнув это, Эльдар сбросил с себя руку мамы и выбежал из дома.

Галина осела на диван, залившись слезами и сокрушаясь на мужа:

— Он ведь уже взрослый человек, а ты так с ним разговариваешь! Да даже я разозлилась из-за твоих ужасных слов! Ты с его рождения вечно занят был, от силы пару дней дома проводил. Он с самого детства был как безотцовщина. Стоило вырасти, и первое, что от тебя услышал — чтобы в армию шёл. Он не захотел, и ты поднял на него руку. Разве после такого обращения станет он прислушиваться к тебе? Ты хоть раз брал на себя роль нормального отца? Только и знаешь, что обзывать. Но ты бы хоть раз задумался, почему и против чего он вообще бунтует?

С каждой фразой злость и обида её только усиливались. Она ведь тоже тут жертва, стоило замуж выйти и все заботы, всё управление домом и семьей легли на её хрупкие женские плечи. Муж у неё был грубым и словно стальным, ни слова тёплого от него не услышишь. И даже с этим она могла смириться, но что насчёт их единственного сына? Стоит ему с отцом встретиться, как тут же на пустом месте начинался скандал. Они даже на семью, как таковую, не похожи.

Галину Петровну охватила неконтролируемая грусть, слезы бесконечным потоком стекали по щекам.

Фадей проворчал:

— Самой-то сколько лет, что из-за такого сразу в слёзы? Что будет, если кто-то увидит?

И тут она внезапно подорвалась с дивана:

— Да, я плачу! А сейчас я выйду на улицу, встану посреди района и будут рыдать, что есть мочи! Пусть смотрят, пусть все смотрят! Пойду и опозорю тебя!

— Чокнутая! — рассерженный Фадей резко развернулся и ушёл.

Галина Петровна крикнула ему вдогонку:

— Фадей, знаешь что? Ещё одна твоя ссора с моим сыном и мы разводимся!

Мужчина встал, как вкопанный. Они уже столько лет в браке, Галина всегда была прилежной и добросовестной, всегда его слушалась и, тем более, никогда даже не произносила этого слова — «развод».

— Ты совсем с ума сошла?