Дмитрий открыл рот и проглотил брокколи. Несмотря на отсутствие аппетита, он слегка прожевал овощ во рту, уважая чувства дочери.

– Вкусно? – радостно улыбнулась Мария, – Мама лучше готовит!

Выражение на лице Дмитрия стало сосредоточенным: разговор с детьми всегда вертится вокруг Светланы – сразу ясно, как они к ней привязаны.

Паша взглянул на сестру, поджав губы. В следующую секунду мальчик опустил глаза, съел еще несколько кусочков и отложил вилку в сторону. У него тоже не было аппетита, пока мама еще не найдена.

– Я наелся. Пойду помогу бабушке собраться, – с этими словами он слез со стула и отправился в комнату.

– Паша, слишком мало поел. – Мария взглянула на брата. Хоть они с ним периодически препирались и спорили, заботились дети друг о друге куда сильнее.

– Я сыт, – улыбнулся мальчик сестре.

– Паша, ты не сбоку припека, – вдруг сказала она ему, а мальчик расхохотался.

Немного времени прошло после приема пищи, когда приехал Итон с людьми и автомобилями. Узнав, что Дмитрий хочет взять с собой детей, он подготовил дом на колесах, где ребята могли бы отдыхать. Кроме того, он организовал три внедорожника и собрал семь человек – все сподручные и заслуживающие доверия.

– Мальчик очень похож на тебя, – вздохнул Итон при виде Паши. – Посмотри на его глаза и нос. Как симпатичен!

– А я похожа на папу? – задрав голову вверх, спросила Маша.

Итон присел на корточки и внимательно осмотрел девочку: белокожая, с ясными глазами, мерцающими как звезды, когда она моргала.

Он протянул руку, чтобы ущипнуть ее за щеку, но не успел Итон и пальцем ее коснуться, как его руку перехватили. Подняв голову, он увидел Дмитрия с похолодевшим выражением на лице.

– Я лишь хотел ущипнуть ее за щеку, – озадачился Итон. – Да, у тебя есть дочь, но не можешь же ты быть таким мелочным на этот счет?

Разве не может поддразнивания ребенка друга?

– Не трогай ее, – Дмитрий отпустил его руку. Ему как-то неприятно, когда другие мужики трогают лицо его дочери. – Пойдем, раз все загрузили, – он поднял дочь, сына взял за руку и вышел.

Охреневший Итон остался стоять на месте. Опустив голову, он посмотрел на свою руку: она же чистая, чего тот так мелочится?

– Дима, я должен с тобой поговорить, – быстро нагнав их, сказал Итон. Он ведь не насильник, зачем обороняться от него? – Я понимаю, что у тебя вдруг есть дети, и от любимой, но не нужно так малодушничать. Это же нормальные общественные контакты.

– Какую чуть ты носишь? – повернулся к другу Дмитрий. – Мне это не нравится. Всё. Работай.

– Завтра, у меня родится сын, и он будет брать твою дочь в жены. – всерьез шутил он, подойдя ближе.

Лицо Дмитрия вмиг подурнело. Итон воспользовался тем, что друг еще не рассердился, и убежал к машине.

– Папа, – несколько раз моргнула Мария, – а что такое? Его сын берет меня? Как и зачем?

– Да чепуху дядя мелет, – ответил Дмитрий после недолгого молчания, поправляя дочери волосы на голове и относя ее в машину.

– Света, Света?

Светлана смутно услышала, как ее позвали. Она медленно открыла глаза и увидела, стоящую около кровати Варю.

Когда Варя заметила, что Светлана не спит, она засмеялась и сказала:

– Вы проснулись?

Светлана зашевелилась. Она поднялась, села, потёрла глаза и сонливым голосом спросила:

– Который час?

– Двенадцать часов дня. Вы проспали полдня. Вам нужно поесть.

Варя была очень почтительна. Трифон Олегович предупредил ее, что о Свете нужно позаботиться. Поэтому Варя, естественно, не могла работать спустя рукава.

– Можно попросить стакан воды?

Светлана совсем не хотела есть, у неё просто немного пересохло горло ото сна.

– Хорошо.

Варя вышла налить воды. Светлана проводила взглядом ее уходящий силуэт, раскрыла одеяло и встала с кровати. Ее травмированная нога была замотана бинтом, лодыжка по-прежнему была красной. Она аккуратно надавила на неё рукой. Ей стало больно. Она нахмурилась и подумала о том, что не восстановится за пару дней. Встала, делая упор на здоровую ногу.

– Хотите превратиться в калеку? – раздался низкий мужской голос со стороны двери.

Светлана подняла голову и увидела сидящего в инвалидном кресле мужчину. Он, крутя колёса, въехал в комнату.