Статуя вдруг шевельнулась – мальчик вытянул голову на удлиннившейся гибкой шее, заглянул мне в лицо веселыми мертвыми глазами и раскрыл рот – пасть, полную острых зубов.
– Увидела! – заверещал знакомый голос. – Узнала!
И страшный удар в лицо отправил меня во тьму.
Глава 6
– Джемма! Джемма, держись там!
Первое, что я поняла – холод ушел. Румпелин убрал насланный мороз, потому что теперь у него была другая забава.
Открыв глаза, я увидела прутья решетки – и в тот же миг схватилась за них, чтобы не упасть, потому что у клетки, в которую меня заточил хозяин лабиринта, не было дна. Она медленно покачивалась над серо-зеленой шкурой живой изгороди, и я даже испугаться не успела – все вытеснила одна мысль.
Я могу осмотреть все это место сверху! С воздуха!
Увидеть моего мальчика!
Лабиринт казался бесконечным. Он простирался во все стороны, до самого горизонта – он был безжизнен и пуст, и я не увидела ни следа Витти.
Возможно, малыш спрятался под каким-нибудь кустом, и его не было видно сверху. Или он сидел на ступеньках замка, который сейчас казался мне логовом хищника.
Ни следа Витти. Ни следа.
Как мы найдем его до полуночи?
Усилием воли я подавила нарастающее отчаяние – некогда убиваться, нужно делать дело. И для начала как-то выбраться из этой клетки.
Клетка была из очень старой темной бронзы – Румпелин подвесил ее высоко-высоко, и я сейчас болталась в воздухе, сжимая прутья леденеющими руками. Эрик внизу казался игрушечным – детская куколка замерла, глядя на меня в ужасе.
Ну нет, во-первых, Румпелин не убьет меня вот так сразу. Его отвратительные игры только начались, он не будет убивать одного из игроков с самого начала. А вот например изувечить…
Едва я подумала об этом, как клетку тряхнула невидимая рука – и мои руки заскользили по прутьям вниз. Если я сорвусь с такой высоты… ну, мне не на чем будет идти за Витти. И нечем будет его обнять.
– Джемма! – донеслось снизу, и я крикнула:
– Обратись! Стань драконом!
Чего бы проще, кажется? Ректор Браун мог стать драконом, взлететь и принять меня на спину. Представив, как я опускаюсь на горячую броню драконьего тела, я вдруг поняла, что сейчас болтаюсь у Эрика прямо над головой, и он видит и мои чулки, и мое белье.
Ох, дура! О чем я только думаю!
– Не могу! – прокричал Эрик в ответ. – Уже пробовал, не получилось!
Клетку тряхнуло еще раз. Я соскользнула в самый низ, уперлась руками в край решетки. Ветер визжал в ушах, и в его визге слышался язвительный хохот мальчишки-чудовища.
Ну нет. Хренушки тебе.
– Держись! – крикнул Эрик. – Мой огонь еще при мне!
Я представила, как превращаюсь в замечательное барбекю с соусом из местных ягод, и в это время Эрик медленно повернул голову сперва налево, а потом направо.
С его губ сорвалась струя огня – но не дикая и неукротимая, а осторожная, почти спокойная. Повеяло домашним очагом, пламенем в камине, добрым предновогодним вечером – Господи, завтра ведь новый год! В академию и покои ректора уже привезли елки, я вытащила с чердака коробку с игрушками…
Эрик ударил в ладоши, и струя пламени заледенела в воздухе. Упала вторая – и тоже застыла.
Лестница! Я едва не закричала, когда поняла, что именно он делает. Лестница из драконьего огня и льда!
Новые и новые ступеньки ткались из пламени и холода – Эрик начал подниматься, и они выдерживали его вес.
– Опоры! – догадалась я. – Опоры сделай для них, а то оба разобьемся!
Эрик правильно меня понял, и от ступеней вниз пошли сверкающие ледяные столбы. Теперь конструкция выглядела вполне надежной.
Выкуси, Румпелин, гаденыш ты этакий! Не на тех напал!
Ректор поднимался ко мне примерно четверть часа – я не знаю, каким святым чудом не разжимала рук. Пальцы заледенели, ладони наполнились тяжестью, а плечи почти выламывало из тела. Даже не знаю, сколько я провисела бы в клетке, если была бы светской барышней, воздушной, томной и слабой, не знающей никакой работы.
Сорвалась бы, наверно, в первую же минуту.
Последняя ступенька – и я разжала пальцы и рухнула в объятия Эрика, задыхаясь от беззвучного крика. Дракон прижал меня к себе и несколько мгновений мы стояли просто так, пытаясь выровнять дыхание и успокоиться.