– Так, постой, – протянула я, озарённая догадкой. – Ты же привёл меня к тому мёртвому телу! А если бы это и вправду оказался Кирстен?! Почему ты сразу не рассказал про Компас?! Думаешь, я бы не помогла?!

– Я не мог. Это слишком опасно, – с мрачной уверенностью сказал Адриан. – Это очень опасный способ поменять реальность. И мне не хотелось попусту прибегать к нему. Что касается тела, я уже говорил тебе, что был уверен, что это не Кирстен. Что, я своего друга не узна́ю?!

– Ладно, понятно. Так как настроить Компас на нужный нам момент? – ворчливо ответила я. – И как понять, какой момент нужный?

– По первому вопросу я знаю, как это делается в теории, – замявшись, начал рассказывать мужчина. – Насколько я знаю, нужно уколоть себя веретеном и подумать о том, что хочешь. Но не попасть в такой-то момент, а именно подумать ассоциативно, к чему нужно вернуться, чтобы всё исправить, понимаешь?

– Ассоциативно – это как? – решила я закосить под дурочку.

– Не притворяйся, я уже всё понял, – отбрил меня Адриан. – Тем более твой жених мне на это намекал. 

– На что? – внутренне содрогнулась я.

– А то есть про жениха ты согласна? – ухмыльнулся дракон.

Я состроила раздражённую физиономию и фыркнула.

– Ладно, это ваше интимное дело, кто, откуда и куда попал, и кто с кем что делает. По второму вопросу… – задумчиво проговорил мужчина. – По второму вопросу ты сама должна решить, какой момент лучший для этого. Но не позже вашей последней встречи. 

Я надолго задумалась. 

Что же выбрать…? В какой момент вернуться? И как мне заставить Кирстена мне поверить…

Хотя если он знает про эту машину времени, то в целом убеждать, наверное, придётся несильно. 

– Ладно, я готова, – решительно произнесла я. – Давай мне веретено. 

– Подожди, – успокаивающим тоном сказал Адриан. – Ты погляди, какая резвая. Ты должна здесь быть одна, когда совершишь скачок. И важно не пересечься с само́й собой, конечно же. Так что, ты думай, а я подожду за дверью. 

Когда мужчина вышел, я, не раздумывая больше ни секунды, уколола себя деревянной палочкой, а после решительно подошла к двери. 

И, открыв её, шагнула в ночь.

Точнее, формально, вечер. Тот самый вечер накануне нашего похода в ресторан. Помните, как по-идиотски я себя чувствовала, когда сначала наткнулась на Ханни, которая меня не узнала, а потом Кирстен разыграл сцену под названием «Понятия не имею, что здесь происходит»?

Вот туда я и захотела отправиться. Надеюсь, получится.

Кирстен тогда ТАК ухмылялся и подозрительно себя вёл… Да ещё и коню не дал намекнуть мне, что в этом мире существует перемещение во времени. Кирстен тогда резко заткнул Патрика, я ещё удивилась его грубости. 

И конь тоже удивился. А значит, делаем вывод, что коня рядом не будет сейчас, если я правильно всё рассчитала. 

Выйдя за дверь, я внимательно оглядела улицу. 

Вроде бы попала я туда, куда хотела. Ага… Вон стоит граф Сойт и разглядывает что-то в витринах книжного магазина по диагонали. 

А вот и карета рядом с лавкой. А вот Патрика нет, как я и догадывалась.

– Кирстен! – окликнула я графа.

Он повернулся. Как же я, оказывается, соскучилась по этому мужчине… 

Тёмные в ночи волосы, взбитые в лихом и творческом беспорядке, внимательные синие глаза, цвета морской глубины, блуждающая, слегка ехидная полуулыбка на лице, эти его шикарные камзолы… 

Брови мужчины удивлённо поползли вверх… Ах да, я же переместилась к нему, в чём была, а он ждал даму для похода в ресторан.

Ну и видок у меня: чумазая, всклокоченная, да ещё и в чужом плаще, что велик мне по размеру. Это ещё Кирстен не знает, что я под ним голая. И почему я не догадалась нормально одеться? Некогда было!

Но я была так рада видеть его живого, здорового и всё ещё ехидного, что, наплевав на все приличия, бросилась ему на грудь.

Да, Адриан мне не сказал, что он увидел на дне ущелья. Но и так всё очевидно: стал бы она нарушать закон ради умершего Патрика? 

Вряд ли, даже несмотря на всю любовь Кирстена к Патрику, как выяснилось – своему фамильяру. А я-то его просто конём считала! 

Да и потом, я же слышала ржание Патрика из-под той жуткой скалы. А вот криков или стонов Кирстена – нет. И либо он был в настолько плохом состоянии, что даже не мог позвать на помощь… Либо просто уже не мог позвать. 

И что-то мне подсказывает, что у нас второй вариант. 

Кто-то его убил. А как иначе?! Патрик, конечно, конь придурошный, но не настолько, чтобы прыгнуть в пропасть вместе с Кирстеном. 

– Я так рада тебя видеть, – прошептала я, крепко прижимаясь к мужчине, буквально физически ощущая, как внутри меня бушевали эмоции.

То были: и радость от встречи, и страх оттого, что с ним произошло, точнее, может произойти, и тревога за то, что я не смогу это предотвратить несмотря на усилия.