Максимилиан замер, а потом прикрыл глаза, потерев виски. Видимо, он только сейчас осознал, что стал ключом к вскрытию тайника. Ректор отправил других преподавателей обратно на Осенний бал, да еще и вручил им студентов – Арк-Вирта, Тиморию и Рами. Так мы остались – я, бабулечка, его величество, его высочество и… наш многоуважаемый ректор РАМа. Последний подошел к Максимилиану, воссоздав вокруг них звукоизоляционный купол. Бабушка, воспользовавшись возможностью поговорить со мной, шепнула:

– О чем ты думала, дорогая?

– О несметных сокровищах, скрывающихся в той комнате, – патетично ответила я и вздохнула.

– Иногда я искренне радуюсь за преподавателей, что вы, ваше величество, не учились в академии достаточно долго, иначе проблем с вашей силой у нас было бы больше, – неожиданно услышала я голос магистра Вана из-под купола.

– Мне бы хватило мозгов избегать неприятностей и тем более хватило бы сил с ними справиться, – отозвался монарх и напрямую взглянул на меня.

– Да, но вам не хватило бы терпения усидеть на месте без тайн и приключений… раньше, – добавил магистр Ван.

– Давайте прекратим обсуждение моей персоны и переключимся на двух студентов? Тем более один из них, вернее, одна, прекрасно нас слышит.

Октавиус на мгновение зацепился за меня взглядом, в котором мелькнуло удивление. Я удивлена была не меньше – слишком уж фривольно обращался магистр Ван к его величеству.

– У вас настолько сильная…

– Не будем об этом, – уже тверже произнес Максимилиан и развеял звукоизоляционный купол.

– Это я во всем виноват, – тут же заявил Элай, едва внимание мужчин переключилось на нас.

Владыка посмотрел исключительно на меня.

– Я рад, что хотя бы на этот раз вы, ваше высочество, не были зачинщицей.

– Не совсем так, – повинно ответила я. – Я тоже причастна.

– Но как создатель клуба я полностью несу ответственность за произошедшее, – вновь заявил Элай и даже попытался прикрыть меня своей спиной.

– Хороший мальчик, – внезапно произнесла бабуля. – Купавушка, кажется, он тоже был в списке твоих женихов?

Элай и Максимилиан одновременно обернулись к леди Энштепс. Его величеству явно не понравилось замечание вдовствующей королевы, а Элай просто кивнул.

– Был, ваше величество, но ваша прекрасная внучка прислала мне отказ. Правда, на новогодние каникулы согласились навестить Аверос. Быть может, её решение изменится?

Элай явно желал подначить Максимилиана, потому что обернулся к королю с улыбкой на губах. Но его величество участвовать в этом спектакле, рассчитанном на его ревность, не стал и просто отступил на шаг. Мне вдруг на короткое мгновение стало не только стыдно, но и чуточку обидно – неужели действительно всё? Но ведь именно этого я и хотела.

Я хотела опровергнуть слова Элая, но вдруг вспомнила, что он сказал неделю назад: когда-нибудь мне придется делать выбор. И если не Максимилиан, то кто? Отец позволит мне выбрать любого, но теперь, ввиду проникновения тьмы в наш мир и скорого краха величия Бриоля, мне стоит думать как наследнице престола, а не обычной магичке, и выбирать жениха по статусу.

Быть может, я повзрослела за эти три месяца несколько больше, чем планировала.

– Купава, – обратился ко мне Максимилиан, – что ты планировала найти в тайнике?

– Дневник Парвиуса эрг Тиона, – искренне ответила я.

– Ты все еще не оставила идею спасти фейри, я прав? – ухмыльнулся он, и я кивнула. Максимилиан обратился к леди Энштепс: – Ваше величество, если вы не угомоните свою внучку, это сделаю я. Тьма – не тот уровень, с которым может справиться неразумное дитя, едва обученное магии.

Лицо гномки вытянулось, и вдовствующая королева укоризненно взглянула на меня. Но я не чувствовала вины. Почему я единственная, кого заботит судьба фейри? Почему все эти великоуважаемые маги знают столько тайн, но хранят их даже от фейри, которых это непосредственно касается?! Хотят смягчить горький лечебный отвар? Вряд ли это им хоть как-то поможет.

– Магистр Ван, я рассчитываю, что вы примете необходимые меры, – тем временем спокойно продолжид Владыка. – Доброго вечера и с началом Зимы.

Он быстро зашагал прочь. Я заметила, что король был в парадной одежде, а не в своих обычных минималистичных черных нарядах. Значит, он собирался на бал… для меня?

– Что ж, ваши высочества, прошу за мной в кабинет. Выпишу вам листы отработки, но судя по всему – начать придется в следующем семестре, не хочу вас отвлекать от экзаменов, – с этими словами ректор развернулся, и мы понуро поплелись за ним.

В кабинете нам назначили наказание в три недели отработки в заповеднике. После этого мы зашли к Клаудии в лазарет и извинились, рассказав, что наказали только нас с Элаем как зачинщиков.

– Клаудия, – первой начала я, – я не хочу, чтобы ты думала, будто я пытаюсь кого-то привлечь. Извини, если у тебя сложилось обо мне такое впечатление.

Девушка отвернулась, не желая со мной разговаривать, поэтому с тяжелым вздохом я покинула её палату.

Вернувшись в покои, я тут же села писать отцу. Письмо было коротким, я вкратце рассказала о своих успехах, а потом добавила: