— Приманку для кого? Для него? — Руслан усмехнулся. — Он уже клюнул. Смотри, как он дрожит, как теряет контроль. Ещё немного — и он превратится в зверя, потеряет себя. И тогда я смогу забрать тебя без боя.

— Не дождёшься, — прорычал Вадим.

Он рванул вперёд — быстрее, чем я могла уследить. Удар пришёлся Руслану в грудь, и тот отлетел на несколько метров, ударившись спиной о припаркованную машину. Сигнализация взвыла.

Вадим не остановился. Он набросился на Руслана, и они покатились по асфальту, рыча, кусаясь, нанося удары. Я видела мелькание тел, слышала хруст костей и не могла двинуться с места.

— Стойте! — закричала я. — Прекратите!

Никто не слушал.

Руслан оказался сильнее — он перехватил инициативу, прижал Вадима к земле и занёс руку с длинными когтями для удара. Вадим попытался заблокировать, но Руслан был быстрее.

Когти вонзились в плечо Вадима — глубоко, до кости. Кровь хлынула на асфальт, и я услышала, как он вскрикнул — не от боли, от ярости.

— Вадим! — закричала я и, не думая, бросилась к ним.

Я не знала, что собираюсь делать. Может, ударить Руслана. Может, оттащить его. Но что-то во мне щёлкнуло — тот самый внутренний зверь, который спал до этого, вдруг проснулся и рванул наружу.

Я почувствовала, как мышцы напряглись, как по телу разливается жар, как ногти удлиняются, превращаясь в когти. Не такие, как у них, но острые, опасные.

Руслан обернулся ко мне. В его глазах вспыхнуло удивление.

— Ого, — сказал он.

Я ударила.

Неумело, неуклюже, но от всей силы. Мои когти распороли его куртку и оставили глубокие царапины на груди. Он отшатнулся, выпустив Вадима.

Вадим поднялся. Его плечо было разорвано, кровь текла по руке, капала на асфальт. Но он стоял, шатаясь, и смотрел на меня.

— Уходим, — сказал он хрипло. — Бежим.

Он схватил меня за руку — здоровую, не раненую — и потащил к выходу с парковки. Руслан остался позади — я слышала его смех, хриплый, злой.

— Бегите, бегите, — крикнул он нам вслед. — Всё равно вы мои!

Я бежала, спотыкаясь, стараясь не отставать от Вадима. Луна освещала нам путь, жёлтая, злая, как глаз хищника.

Мы бежали, пока не оказались в старом корпусе университета. Вадим втащил меня внутрь, захлопнул дверь и запер на засов.

— Приехали, — выдохнул он и медленно сполз по стене на пол.

Я стояла над ним, тяжело дыша, и смотрела, как кровь заливает его одежду. Плечо было разорвано — глубоко, страшно. Сквозь рваную ткань я видела мышцы, сухожилия, что-то белое — кость?

— Вадим! — Я упала на колени рядом с ним. — Ты ранен! Сильно!

— Не страшно, — прошептал он. — Заживёт. Я регенерирую.

— Но ты истекаешь кровью!

Я огляделась. Вокруг — пустой коридор, грязные стены, тусклые лампы. Ни аптечки, ни воды, ни бинтов.

— Что делать? Что делать? — твердила я, срывая с себя куртку, футболку — чтобы перевязать рану. — Держись, я сейчас...

Я разорвала футболку на полосы и прижала к его плечу. Он зашипел от боли, но не отстранился.

— Зря ты вмешалась, — сказал он, закрыв глаза. — Руслан мог убить тебя.

— Но не убил. — Я сильнее прижала ткань к ране, стараясь остановить кровь. — А он тебя чуть не убил.

— Он был сильнее. Я потерял контроль, когда почувствовал твой запах. Если бы не ты... — он замолчал.

— Что было бы?

— Он бы убил меня. И забрал тебя.

Я вздрогнула.

— Зачем я ему?

— Ты — перевёртыш. Редкий. Сильный. Твоя сила может усиливать оборотней. Руслан хочет использовать тебя, чтобы свергнуть вожака своей стаи. Или создать новую.

— А ты? Ты тоже хочешь меня использовать?

Он открыл глаза. В них всё ещё горело золото, но слабее, тусклее.

— Я хочу, чтобы ты была свободна, — тихо сказал он. — Даже если для этого мне придётся умереть.

Я не знала, что ответить. Смотрела на его лицо — бледное, искажённое болью, на клыки, которые всё ещё выступали из-под губы, на когти, которые медленно втягивались обратно. Он возвращался в человеческое состояние, но рана не заживала — она была слишком глубокой.

— Серебряные когти? — спросила я.

— Да, — кивнул он. — Руслан носит серебряные накладки. Они замедляют регенерацию.

— Значит, ты не заживешь быстро?