Люди заходили разные: кто-то сухо кивал и забирал покупки, не желая ни разговоров, ни лишнего внимания. Кто-то, напротив, пытался завести беседу, осторожно прощупывая, что я за человек и надолго ли задержусь в деревне.

Я отвечала уклончиво, не давая ни повода для сплетен, ни возможности вытянуть из меня лишнее.

Работа затягивала.

К середине дня ноги начали гудеть, плечи затекли, но мне нравилось ощущение усталости. Как когда-то в прошлой жизни после силовых тренировок не оставалось сил думать.

А поток людей всё не прекращался. И не только местные жители предпочитали отовариваться в лавке Альмы — законники с пограничья тоже заглядывали.

Ближе к вечеру, когда за окном начало темнеть, лавка заметно опустела. Я позволила себе выдохнуть и опуститься на стул около окна.

Из подсобки доносился приглушённый грохот — Альма что-то перекладывала, двигала, переставляла, и на фоне этих звуков я вдруг различила отдалённый, но быстро нарастающий топот копыт.

К лавке приближался экипаж.

Я неосознанно задержала дыхание, надеясь, что он промчится мимо. И вытянула шею, выглядывая в окно.

Резкий скрип колёс по раскисшей земле, глухие удары, когда они попадали в ямы, и ржание лошадей, которым явно не нравилась ни дорога, ни скорость, с которой их гнали, нарушали умиротворённую тишину деревни.

Сердце рухнуло в пятки, а под ложечкой засосало от предчувствия, что едут по мою душу.

А когда экипаж остановился прямо у лавки, я и вовсе забыла, как дышать. Вцепилась пальцами в спинку стула и поднялась — медленно-медленно. Шагнула к прилавку, сглатывая ком в горле.

Дверь распахнулась так, что ударилась о стену. И я похолодела, чувствуя, как челюсть норовит отвалиться.

На пороге стоят Кристиан.

Мир на мгновение сузился до одного лишь его лица.

Я уставилась на него, не веря собственным глазам. Внутри всё сжалось.

Он тоже замер.

Холодная маска слетела с лица дракона, уступив место чистому, ничем не прикрытому удивлению. В глазах смешались раздражение и недоумение.

Он явно не рассчитывал увидеть меня здесь.

— Ты?! — одновременно протянули мы, не сводя друг с друга взгляда.

Глава 20

Кристиан

— В смысле… женщина?!

Я сам не сразу понял, что повысил голос. Слова вырвались раньше, чем успел их осмыслить. В кабинете повисла тишина.

Женщина-шпион в моей канцелярии?!

Стоя у стола, я посмотрел на разложенные передо мной бумаги. Медленно выдохнул, заставляя себя успокоиться, и провёл рукой по листам, пробегая взглядом по строкам.

Маршруты, отчёты, расхождения во времени, странные совпадения, которые по отдельности могли бы показаться незначительными, но вместе складывались в цепочку, слишком аккуратную и подозрительную, чтобы быть случайной.

И в центре этой цепочки — женщина. Серьёзно?

Я поднял взгляд на Мираэль.

Она стояла напротив, и её безупречное лицо ничего не выражало. А вот глаза ждали, высматривали реакцию.

— А чему вы так удивляетесь, лорд Лоуренс? Не стоит недооценивать женщин. Мы куда легче втираемся в доверие. Женщины — аккуратнее, осторожнее. И привлекательнее.

— Вы понимаете, что утверждаете? — произнёс я ровным и холодным голосом, постукивая пальцами по краю стола. — Речь о моей канцелярии, и никакие слухи и домыслы здесь не допустимы.

— Именно поэтому я и говорю это вам в приватной беседе, — ответила она, бесхитростно пожимая точёными плечиками. — И именно поэтому вы ещё не отдали приказ перетрясти всех своих людей.

Я нахмурился, опускаясь в кресло, и склонил голову к плечу.

— Так объясните, что вам нужно тогда?

Мираэль улыбнулась и устроилась на подлокотнике моего кресла так, будто имела на это полное право. Я наблюдал за ней, изогнув бровь.

На неё сложно не смотреть. Породистая драконица из благородного рода, выверенное до мелочей совершенство. Вот с такими и следует продолжать род, а не связываться с деревенской девчонкой, у которой за душой лишь смазливая внешность.

Я проклинал тот день, когда предпочёл удобный союз настоящему чувству, решив, что так будет проще. И теперь пожинал плоды.

За милой мордашкой скрывалась змея.