В помещении было тепло, пахло сушёными травами и мёдом — резкий контраст с осенними ароматами улицы. За прилавком находилась женщина постарше, занятая разбором товара, а чуть поодаль — ещё одна фигура, спиной ко входу.

Я не стал тратить время на осмотр.

— Добрый вечер. Я — лорд Кристиан Лоуренс, Верховный следователь канцелярии Арденгарда. Где девушка? Та, на которую напали.

Хозяйка вздрогнула, быстро вытерла руки о фартук и кивнула куда-то в сторону.

— Так вот же она… — начала было, оборачиваясь.

Фигура у прилавка заметно напряглась и медленно повернулась. У меня сковало плечи и дар речи пропал.

Я не сразу двинулся с места, всматриваясь в черты и уголком сознания надеясь, что сейчас обнаружится ошибка, но этого не произошло.

Она смотрела на меня в ответ — и выражение её лица менялось на глазах.

— Ты?! — протянули мы одновременно.

Снова повисла тишина. Хозяйка лавки таращилась на нас, забыв про свои дела.

Прочистив горло, я шагнул к Адриане и окинул хмурым взглядом её с ног до головы.

— Что ты здесь делаешь?

— Сбагрил меня и тут же забыл — куда именно? — хмыкнула она и скрестила руки на груди.

Я моргнул, переваривая её дерзкий тон, и наморщил лоб.

— Я отлично помню, куда ты отправилась, Адриана. Но никак не мог предполагать, что ты тут же найдёшь приключения на свою… бестолковую головушку!

Слова прозвучали резче, чем я рассчитывал, но в этот момент раздражение уже перекрывало осторожность. Кто бы мог подумать, что жёнушка вздумает работать пойти?

Да ещё куда — в лавку! Быстро же её нужда прижала. Выходит, не ценятся шпионы в Морвенне и пособия им не выплачиваются. Какая жалость. Она ведь так старалась!

Адриана вскинула брови.

— Ах, бестолковую?! Я, между прочим, защищалась! На меня напали, Кристиан! Я могла погибнуть. Но тебя это не сильно трогает, верно?

Я остановился напротив, внимательно разглядывая её, и только сейчас начал замечать детали, которые сначала ускользнули из внимания.

Она стояла и двигалась как-то…. иначе. Не так, как раньше.

Исчезла привычная скованность и та осторожная мягкость, за которой обычно скрывалась её нерешительность. Плечи расправлены, взгляд прямой и твёрдый.

И это несоответствие цепляло сильнее, чем сами слова.

— Меня трогает тот факт, что напали именно на тебя. И то, что ты умудрилась отбиться. Подозрительно много совпадений, Адриана.

— В твоём представлении я, похоже, должна была хлопнуться в обморок и позволить себя скрутить?! — продолжила она, не давая мне вставить ни слова. — Извини ,что разочаровала! Но я не люблю, когда меня пытаются убить, да ещё непонятно за что!

Я не сразу ответил. Честно говоря, опешил.

Вдобавок, никак не мог отделаться от странного ощущения, будто смотрю на знакомого человека, в котором внезапно проступило что-то чужое, не свойственное ему. Чуждое, какое-то иномирное….

И это «что-то» навязчиво притягивало взгляд.

Что за наваждение?

Я отметил, как она жестикулирует — живо, уверенно, не задумываясь о том, как выглядит со стороны. Как меняется её мимика — быстрее, свободнее, без привычной заученной сдержанности.

Как она смотрит — не избегая взгляда, а, наоборот, будто бросая вызов.

Раньше Адриана так не делала.

Никогда.

— Ты закончила? — произнёс я наконец. На собственный слух голос показался удивлённым.

Она прищурилась, но не отступила.

Я сделал ещё шаг вперёд, сокращая между нами расстояние. Хотелось на неё смотреть, изучать, запоминать.

— Лазутчик уже в пути, — сказал я ровно. — Тот, которого ты спугнула. Ты поедешь со мной и дашь показания. А ещё, пожалуй, посадим вас лицом к лицу и вместе поболтаем. Как тебе такая идея, м?

Она скрестила руки.

— А если не поеду?

Я выдержал её взгляд.

— Поедешь, — ответил ровным, обманчиво мягким голосом, без нажима, но так, чтобы не осталось сомнений — её мнение не учитывается.

Она несколько секунд смотрела на меня, будто оценивая.

И снова — не отвела взгляд.

Я поймал себя на том, что реагирую на это слишком остро и не могу унять раздражение. Да ещё хозяйка пялилась на нас, а за дверью собирались зеваки.

Не стоило продолжать разговор в лавке.

Лишние уши мне были ни к чему.