Но одно «нерешенное дело» все еще беспокоило Свету. Принц Драко. Он не был злодеем. Он был… продуктом. Продуктом системы, которая воспитала его идеальным солдатом и ужасным человеком. Он был как тот дракон – опасен не потому, что зол по своей природе, а потому, что его загнали в угол и научили, что только сила имеет значение. После истории с Малоком Света поняла: чтобы по-настоящему «починить» это королевство, нужно было начать с его будущего правителя.

Их первая официальная встреча после возвращения произошла в тронном зале. Принц докладывал королю о состоянии крепостных стен. Его речь была сухой, как военный рапорт, полной цифр, тактических терминов и абсолютно лишенной каких-либо эмоций.

— Северная стена требует ремонта на участке в двести ярдов. Затраты составят пять тысяч золотых крон. Срок – три месяца. Юго-восточный бастион необходимо усилить против катапультных обстрелов. Рекомендую закупить гранит из каменоломен Вэйлорнов, — его голос был ровным, металлическим.

Света, стоявшая рядом с троном, слушала его и видела, как напрягаются придворные. Они боялись его. Не его гнева, а его холодной, нечеловеческой эффективности.

Когда совещание закончилось, Света подошла к нему.

— Ваше высочество, у меня к вам деловое предложение.

Он повернул к ней свое каменное лицо. В его стальных глазах не было ни интереса, ни раздражения. Была лишь готовность получить новую задачу.

— Говорите.

— Я буду с вами честна. Вы – блестящий тактик и ужасный лидер. Вы можете спланировать осаду города, но не можете заставить пекаря поделиться с вами хлебом. Ваши люди вас боятся. А боязнь – ненадежный фундамент для власти. Я предлагаю курс… повышения квалификации. Назовем это «уроками этикета для будущего короля».

Принц Драко смотрел на нее, и в его глазах мелькнула тень того самого недоумения, что появлялось, когда она комментировала его доспехи.

— Этикету меня учили с детства. Я знаю все двадцать семь видов реверансов и могу отличить вилку для улиток от вилки для устриц.

— Я не об этом, — вздохнула Света. — Я об эмоциональном интеллекте. Об искусстве слушать. О способности вдохновлять, а не приказывать. Ваше королевство – не армия. Ваши подданные – не солдаты.

Он молчал несколько секунд, оценивая ее слова.

— Вы считаете меня некомпетентным?

Вопрос повис в воздухе не вызовом, а почти что детской обидой. В нём слышалось эхо мальчика, которого снова и снова сравнивали с легендарным отцом-воителем и всегда находили недостаточным. Света поняла, что стоит на минном поле. Один неверный шаг — и он закроется навсегда.

— Некомпетентность — это незнание, — сказала она осторожно, подбирая слова как отмычки. — А у вас иное. У вас… перекос. Вы — идеальный меч. Но королю нужен не только меч. Ему нужен и плуг, и весы, и перо. Вы отточили лезвие, забыв о существовании всего остального. — Она сделала паузу, давая ему впитать метафору. — Ваш отец был великим полководцем. Но скажите, при нем строились ли новые дороги? Улучшалась ли жизнь крестьян? Или всё замирало в ожидании следующей войны?

Драко молчал. Ответ был написан на его лице. Вся система ценностей, в которой он был воспитан, трещала по швам. Он был венцом военной машины, но Света заставила его взглянуть на корни, которые эта машина беспощадно перерубала.

И впервые он задумался не о том, как эффективнее разрушать, а о том, что остаётся после него. Этот внутренний сдвиг был страшнее и значительнее любой битвы. Это было начало пути от солдата к государю.

— Я считаю вас неразвитым в ключевой для правителя сфере. В сфере человеческих отношений. Согласитесь или нет, но мои методы… работают. А ваши – приводят к тому, что вы воруете яйца у драконов.

Это был удар ниже пояса, и он попал в цель. Челюсть принца напряглась. Он кивнул, один раз, резко.

— Хорошо. Я выслушаю ваши… уроки.

Первый урок проходил в саду. Света усадила его на скамейку и поставила перед ним простую задачу.

— Опишите мне этот цветок, — сказала она, указывая на розу.

Принц посмотрел на розу, затем на нее.

— Это роза. Красная. С шипами.

— Прекрасно. А теперь опишите ее так, как если бы вы хотели, чтобы кто-то другой, не видя ее, захотел на нее посмотреть.

Принц поморщился, словно от физической боли.

— Это… растение. С лепестками. Они красные. Аромат… присутствует.

— Боги, да вы поэт, — саркастически хмыкнула Света. — Слушайте. «Ее бархатные лепестки цвета утренней зари хранят капли росы, как слезы радости. Ее аромат – это обещание летнего вечера, сладкий и пьянящий. Даже ее шипы – не угроза, а обещание, что такая красота стоит того, чтобы за нее побороться». Видите разницу?

Принц смотрел на розу, потом на Свету. Казалось, он впервые в жизни действительно видел и то, и другое.

— Это… неэффективно. Это занимает больше времени.

— Это создает связь, — поправила его Света. — Люди – не машины. Ими нельзя управлять одними командами. Ими нужно вдохновлять. Попробуйте. Выберите любой предмет и опишите его… с чувством.