Я тряхнула головой. Депрессия – не то, что сейчас нужно. Пока я еще в силах двигаться. Пока я – еще я, а не бессмысленный кусок плоти на больничной койке! Я буду жить полной жизнью. Настолько насколько позволит немощь.

Я выпрямила спину, расправила плечи, одернула синюю блузку и свободные брючки. Так, Альфия. Ты ничего. Черты мелкие, аккуратные, глаза большие каре-зелёные и пронзительные. Ресницы длинные, загнутые вверх, всем подругам на зависть. А бледность и романтично-впалые щеки нынче в моде. После вампирских сериалов.

Я неспешно вернулась в гостиную.

Подруги уже расположились на пестром бабушкином ковре.

– Давай, Аля, присоединяйся! Ты пятая! – бодро воскликнула Маша – душа нашей компании еще со школы. Черненькая, пышногрудая, веселая и румяная. Кровь с молоком.

– Ждем только тебя! – поторопила Света – хрупкая, высокая, изящная шатенка с длинной косой.

– А то начнем без тебя! – добавила Эльвира – светленькая, коротко стриженная, похожая на мальчишку и такая же шебутная.

– Иду-иду! – я присела рядом с молчаливой Оксаной – серьезной, в очках на остром длинном носу.

– Беремся за руки! – скомандовала Маша – именно она всегда подвигала нас на действия. – И зачитываем…

Дальше следовал набор непереводимых “калды-балды” после которых мы задули пять свечей – по одной на каждую.

Как и следовало ожидать единственным духом, которого нам удалось вызвать стал дух алкоголя. Ибо Света наработанным жестом откупорила бутылку шампанского и разлила по высоким бокалам на тонких ножках.

– Банзай! – скомандовала Маша.

– Всех нас с хорошим началом Нового года! – поддержала ее я.

Звон стекла открыл нашу маленькую пижамную вечеринку. Посыпался веселый смех, женская болтовня и новые тосты.

– А вот мой Витя…

– А Володя…

– Я тоже хочу встретить своего своего…

Девочки обсуждали мужчин, а я поддакивала. Такова участь больной подруги, которой ничего нельзя. Быть свидетелем чужих жизней, спутником и зевакой.

К ночи девочки устали от всего, включая алкоголь. Соседи утомились от наших визгов и принялись стучать по батарее, словно пытались устроиться ударниками в группу, играющую тяжелый металл.

И мы устроились спать.

Маша – как всегда на диване, со Светой и большим игрушечным мишкой с заплаткой на лапе. Оксана и Эльвира – прямо на ковре, на надувных матрасах. Я – на раскладной кресле-кровати.

* * *

Шшш… Тррр… Вззз… Шшш…

Это еще сон? Или уже бред? А может я перепила шампанского и в сочетании с таблетками от болезни оно дало неожиданный эффект?

Я приоткрыла один глаз и обнаружила, что из ванной тянется голубой дымок.

Та-ак! Это явно не сосед-курильщик, что прячется от жены в туалете. И уж точно не газ, хотя бы потому, что в ванную я его не проводила.

Я осторожно привстала и двинулась в ванную.

В конце концов, я все равно смертельно больна. Быстрая и веселая кончина от неведомого волшебного пара тоже не так плохо.

Я решительно потянулась к дверной ручке, и тут же отдернула ладонь.

– Чёрт возьми!

Латунь под моей рукой была обжигающе горячей. Неужели пожар?! Уже ни о чём не думая, я распахнула деревянную дверь, и тут же прикрыла лицо обожженной рукой. Дым и языки пламени полностью поглотили мою замечательную, только недавно отремонтированную ванную. Все труды насмарку… Так, о чём я думаю?! Нужно девчонок спасать, да и самой спасаться, пока мы все тут не угорели!

Но прежде, чем я успела позвать кого-либо из подружек, из ярко-алого пламени ко мне протянулась бледная рука с заостренными черными когтями, и ловко вцепилась в моё запястье.

– Ну, ты сама попросила! – в низком сексуальном мужском голосе звучала ирония.

Попросила… Попросила? Что я попросила?!

– Себя забрать, – пояснил незнакомец в ответ на мои мысленные вопли, и резко затащил в затянутую огнём комнату. Я сделала шаг против своей воли, и зажмурилась, ожидая боли. Но в жестких мужских объятиях оказалось внезапно безопасно.