— Не сегодня. Раз Демьян сломал мебель и умолчал об их встрече, ему нужно время, чтобы полностью успокоиться. Поговорю с ним через пару дней. И вы не задавайте ему лишних вопросов.

— Я бы не стал так рисковать, учитывая, каким подавленным он выглядел.

Я слабо киваю Исааку и возвращаюсь в библиотеку. Беседы с ним всегда вызывают у меня мысли о том, каково это оказаться на его месте. Старший — эмпат, способный чувствовать эмоции людей, улавливать их изменения и лепить из себя то, что нужно другим. Но только если ему это необходимо. Я даже уверен в том, что он умеет видеть грехи человека, лишь взглянув на него. Каким-то образом брат разгадывает пороки с помощью одной только внешности. А я даже на лица смотреть не могу, потому что они превращаются в страшные гримасы. Однако в моей жизни появилось исключение.

Сев за стол, я вновь стягиваю повязку и собираюсь вернуться к работе с документами, но Вивиен не дает мне этого сделать. Девушка встает напротив и ставит передо мной наполненную до краев конфетницу, которую я оставил на одной из полок.

— Вы любите сладкое, Валериан? — слегка нахмурившись, интересуется Виви.

— В меру. — Я отодвигаю документы в сторону и скрещиваю пальцы перед собой.

— Тогда ешьте конфеты время от времени. Иначе у меня появляется мысль, что вы желаете, чтобы я заработала сахарный диабет или кариес.

— Думаете, я таким образом пытаюсь избавиться от вас?

— А вы пытаетесь? — Вивиен недоверчиво щурится.

— Для этого есть более действенные способы. — Я откидываюсь на спинку кресла и наблюдаю за сменой эмоций на лице девушки. Волнение, тревога и страх. Гребаный шедевр.

— Какие? — Её голос становится тише.

Я могу убить тебя и перестать постоянно думать о тебе. Могу вырезать твое сердце и сохранить в качестве трофея. Могу запугать до такой степени, что ты будешь держаться подальше от замка. Или же сломать тебя, насилуя твое тело и душу на протяжении чертового месяца. Тогда ты не сможешь выйти даже из собственной комнаты.

— Например, я могу уволить вас, — равнодушно отвечаю я.

Виви медленно выдыхает, но я улавливаю ее напряжение. И это чертовски приятно — чувствовать чьи-то эмоции, знать их, упиваться ими. Это земной рай, от которого я не готов отказаться. Нечто настолько прекрасное для меня, чего нормальному человеку не понять.

— О! — Вивиен пожимает плечами. — Вы этого еще не сделали, значит, все в порядке. — Она широко улыбается, и у неё на щеке появляется ямочка.

Я замираю на мгновение и перестаю дышать. Слышу, как ритм сердца увеличивается, а сосуды леденеют. Невозможно, чтобы это происходило одновременно. Но это случается.

— Все в порядке, — хриплым голосом произношу я.

— Отлично. Кстати, я хотела узнать, у кого мне можно попросить выходной?

— Выходной? — Я сжимаю кулак под столом, пытаясь вернуть себе привычное состояние. — Зачем вам выходной?

— У моей соседки свадьба, и я должна на ней присутствовать. Она лично меня позвала, и будет некрасиво отказывать ей.

Свадьба. Выходной. Моя конфетка в обществе других мужчин. Мне совсем не нравится такой расклад.

— Когда вам нужен выходной?

— На следующей неделе. В четверг.

Я делаю глубокий вздох и наклоняюсь вперед. Пристально смотрю в большие глаза Виви и сжимаю челюсть. Под кожей пульсирует ревность. И сейчас она в разы сильнее, чем вчера. Потому что я не смогу пойти на это мероприятие и проследить за Вивиен. Много людей и незнакомое место отрицательно повлияют на меня. Мне не удастся с этим справиться.

— Нет, — рычу я, испепеляя её взглядом.

— Что? — растерянно переспрашивает девушка.

— У вас много работы, поэтому будьте добры вернуться к ней. А ваша соседка, уверен, выйдет замуж и без вашего присутствия.

— Но… — Она часто хлопает глазами, пока её взгляд бегает по поверхности стола. Пытается подобрать слова, но теряется. Кажется, Виви ждала совершенно иного ответа от меня. — Если дело в работе, то я могу выйти в воскресенье.

— Не можете, — холодно бросаю я.

— Почему?

— По воскресеньям я запираю библиотеку. У меня есть свои дела. — Наглая ложь, которую я говорю, чтобы не позволить девушке пойти на свадьбу.

Вивиен поджимает губы и слегка краснеет. В её взгляде нет гнева, скорее беспокойство. Она о чем-то думает, и это явно тревожит её. У меня появляется дикое желание пробраться к ней в голову и почитать её мысли. Жаль, что это невозможно.

— Хорошо, — сиплым голосом произносит Виви, прежде чем вернуться к работе.