Я медленно поднимаюсь с кресла, одарив Аву тяжелым взглядом. Ненавижу её, но, по крайней мере, теперь знаю причину, ставшую катализатором действий женщины. Она сломалась. Не пережила потерю и превратилась в того, кого превратилась. В своего собственного отца, лишившего её дочери.

— Я не смогу простить тебя, — спокойно говорю я. — Не из-за себя. Дело не во мне. Мои братья... Они словно мои дети. Мне пришлось заменить тебя и Игната. Воровать для них еду из кухни, пока этот ублюдок не видит этого. Принимать удары, чтобы защитить их. Стать их надзирателем, чтобы не убивать их. Ты и Игнат поступили с нами так же, как и ваши родители поступили с вами. Вы оба сломались и попытались сломать нас. Но знаешь, что интересно? Мы тысячу раз ломались и нашли в себе силы собрать себя. Почему вы не смогли, мама?!

Я впервые за долгие годы даю себе возможность произнести это слово, из-за которого Ава вздрагивает. Её широко распахнутые глаза находят меня.

— Почему ты ушла и даже не обернулась?! Почему не подумала, что нужна нам?! Мне плевать, какой бы матерью ты для нас была. Сломанной, слабой, убитой горем. Неважно! Но ты бы была у нас! Я бы любил тебя такой! Любой, черт возьми! Тот десятилетний Демьян вырвал бы себе сердце ради тебя! А ты... Я ненавижу тебя... — Мой голос срывается. — Ненавижу.

Пока мне хватает на это сил, я покидаю гостиную и крыло. Быстрым шагом направляюсь в кабинет, чувствуя на себе взгляды бойцов. Они знают, что я в гневе, поэтому стараются держаться на расстоянии и прячутся в тени. Как только я оказываюсь у себя, даю волю эмоциям. Они рвутся наружу как лавина, желающая смести всё на своём пути. Первым ломается стол, который летит в стену. Вслед за ним кресло, стеллаж и всё остальное. Очередной мой срыв превращает всё вокруг в хаос.

— Демьян! — Дверь в кабинет резко распахивается. Аурелия забегает внутрь и, оценив мое состояние, мгновенно бросается обнимать меня.

— Релли. — Я прижимаю к себе жену и чувствую, как по щеке скатывается слеза. — Релли...

— Все хорошо, — шепчет жена. — Все хорошо. Я люблю тебя.

Я медленно опускаюсь на колени вместе с ней и сажусь на пол. Мое дыхание становится прерывистым и тяжелым. Черт. Моя женщина беременна, а я становлюсь причиной её стресса.

Аурелия гладит меня по затылку в успокаивающем жесте и целует в висок.

— Знаешь, Сэмми спрятал мобильный Исаака в своем подгузнике, — сообщает она. — Думаю, скоро наш сын доберется до его наушников и ноутбука.

— Кому-то явно нужно запастись гаджетами. — Я медленно выдыхаю весь воздух из легких и улыбаюсь уголком губ.

— Может, заскочим в магазин техники, красавчик?

— Если ты этого хочешь.

Релли отстраняется от меня и ласково смотрит в глаза. Ее ладонь ложится на мою щеку и стирает дорожку от слезы.

— Хочу, — улыбается она. — Нам еще нужна новая мебель. — Взгляд Аурелии скользит по кабинету. — Эта продержалась довольно долго. Я как раз собиралась её заменить. Поднадоела.

Я выпускаю смешок и прижимаюсь своим лбом к её. Прикрыв глаза, вдыхаю аромат вишни — самое настоящее успокоительное и лекарство от всех болезней.

— Спасибо, что не даешь мне сломаться, — хриплым голосом произношу я.

— Ты больше никогда не сломаешься, Демьян. А если сломаешься, я сама соберу каждую частичку тебя и при необходимости склею собственной кровью.

Эта вишневая девочка заключила в себе мою жизнь и смерть.

— Я очень везучий человек, Релли. Знаешь почему?

— Почему? — с интересом спрашивает она.

Я открываю глаза и смотрю в её сине-голубые глаза:

— Потому что я единственный мужчина в мире, в доме которого поселилась самая настоящая Богиня.

Щеки Аурелии покрываются румянцем, и она прижимается щекой к моей груди. Я крепко обнимаю её и накрываю ладонью живот жены. Скоро нам снова предстоит стать родителями для еще одного малыша, а мы до сих не смогли излечиться от ран, нанесенных теми, кому не удалось этого сделать.

Релли тоже все еще не простила Алексея. Мужчина звонит ей и пишет каждый день. Даже заглядывает в замок время от времени. Тем не менее она не хочет говорить с ним. Как и Оливия. Но они обе любят его, и от этого страдают еще сильнее.

***

Вивиен

Я останавливаюсь на лестничной площадке и настороженно смотрю на распахнутую дверь квартиры Ирен. Мой взгляд падает на множество коробок у порога, и в голове сразу появляются вопросы. Неужели девушка рассталась с Тарасом? Они что, отменили свадьбу? Мысль об этом отрицательно сказывается на мне и вызывает тревогу в груди.

— Ирен! — Я глубоко вздыхаю и жду, пока соседка выйдет, но вместо неё в поле моего зрения показывается мужчина. Мои брови тут же взлетают вверх от удивления.

— Добрый вечер, — здоровается молодой человек, скользнув по мне быстрым взглядом.

— Добрый. — Я внимательно рассматриваю незнакомца. — Простите. Я подумала, что Ирен вернулась.