Ещё и Дарина была в него влюблена! Дарина! Та, которая ходит с ним в тренажерный зал, чтобы подкачать свой зад и продемонстрировать сиськи в облегающем топе!

Дверь с грохотом захлопывается, и в комнату влетает мой разъяренный муж. Темный, как туча. Испепеляющий, как молнии Зевса.

– Всё? – спрашиваю, озлобленно глядя в его глаза. – Решил все вопросы и проблемы?

– От тебя зависит. Ты меня не поняла вчера, Адель?

– Вчера тебя вообще никто не понял.

– Я сказал тебе держаться от него подальше! – повышает он голос, тыча пальцем в окно. – И что делаешь ты?

– Тогда какого же черта мы пошли на этот проклятый ужин?! Мы могли остаться здесь, и всё было бы хорошо, но тебе захотелось подразнить Богдана, поиздеваться над ним, ведь ты прекрасно знаешь, что он продолжает чувствовать себя виноватым и из-за этого молча и терпеливо выносить все те гадости, что ты позволяешь себе!

– Я издеваюсь над Богданом? Это он тебе так сказал?

– Я своими глазами видела! Ушами слышала, Аверьян! Ты ведешь себя высокомерно, нагло и подло не только к нему, но и по отношению ко мне! Богдан пытается начать новую жизнь, и у него это отлично получается, но ты неустанно напоминаешь ему о прошлом и буквально тычешь в лицо, что я – твоя! А меня ты словно наказываешь за то, что я просто не разделяю твое мнение!

– И как же я наказываю тебя, позволь узнать? Этим? – кивает он в окно. – Разок зарядил ему по физиономии, а тебе больно стало? Тут же захотелось пожалеть его?

– Ты впервые заговорил о детях, – напоминаю, внутренне сжимаясь от боли. – Не со мной заговорил. И не потому, что хотел этого.

– К слову пришлось, – вздымает он брови. – Вот и сказал.

– Отлично, Аверьян. Что тут скажешь. Об этом я и мечтала!

– Ты об этом сейчас поговорить хочешь? – раздражается он и делает шаг навстречу ко мне. – О том, чего нет? О воздухе?

Да что с ним такое творится?

– Я уже ничего не хочу. Мне достаточно того, что вчера я чуть с ума не сошла от ужаса, когда увидела тебя лежащим на полу и не понимала, что с тобой происходит! А у тебя, оказалось, всего-то алкогольное опьянение! – фыркаю со смешком. – Я всю ночь не спала, бегала вокруг тебя, одеялом укрывала, как ребенка, каждый твой вздох ловила! И это при том, что ты просто напился до потери сознания! Мне, наверное, стоило лечь спать и не терзать себя из-за этой бессмысленной чепухи! Ох! Кстати о ней: твоя подружка несколько часов места себе не находила, всё беспокоилась о тебе! Ты позвони ей и скажи, что с тобой всё в полном порядке, что ты жив, здоров и уже умудрился помахать кулаками! А то ведь, бедняжка, не доживет до вторника! Гляди, ещё визит в тренажерный зал пропустит, посчитав, что ты туда не придешь!

– Я не напивался.

– И это всё, что ты услышал?

– Я не напивался, – повторяет он по слогам. – Я отключился так же, как и день назад в студии.

– Ясно, – качаю головой, теряя терпение и силы, – значит, ты и там пропустил несколько стаканчиков.

– Я не пил, говорю же тебе! – злится Аверьян. – У меня внезапно потемнело в глазах, в висках забарабанило, а потом всё – темнота!

– Это от усталости, – объясняю его же словами. – От перенапряжения и отсутствия отдыха.

– Богдан что-то подмешал в вино.

– Это уже слишком.

– Я говорю тебе, Богдан подмешал что-то в вино! – повышает он голос. – Он знал, что я заберу его бокал, потому что делаю так всякий раз, когда ему приносят алкоголь, который он больше не употребляет!

– И зачем ему приносят его?

– Он считает, что так не будет выделяться, находясь в компании!

– Так, значит, позавчера в студию приезжал Богдан, и вы что, выпивали?

Аверьян терпеливо вздыхает и от злости поджимает губы.

– Он не приезжает в студию.

– М-м.

– Но вчера я отключился точно так же, как и день назад, – продолжает он стоять на своем. – И это сделал Богдан.

– Ты только о нем теперь будешь говорить, Аверьян? – смотрю на него, окончательно потеряв силы. – Других тем и забот у нас нет?

– Я ведь тебе говорил вчера: как только условный срок подойдет к концу, он снова начнет действовать, потому что вся эта виноватость, осторожность и новая жизнь – лишь прикрытие.

– Хватит.

– Срок отменили, и он уже тут, как тут: стоит с тобой в шесть утра за несколько километров от города и как бы невзначай упоминает о том, что Дарина посещает тот же тренажерный зал, что и мы! Если ты дура и не понимаешь очевидных вещей, то от меня этого не жди. Я в здравом уме и трезвой памяти и не позволю вносить разлад в наши с тобой отношения! И этого не случится, если ты будешь доверять мне, Адель! Мне!

– Ясно. Теперь виновницей каждой нашей ссоры буду я, которая тебе совсем «не доверяет»! Молодец! Тогда объясни мне, честный ты наш, почему ты не рассказал мне, что Дарина ходит с вами в тренажерный зал?

– Ты слышишь меня вообще?