– Аверьян просто сидел, – продолжаю, засмотревшись в одну точку. – Как будто это нормально, так и должно быть. А своей грудью она просто тёрлась о него, представляешь?

– Почему молча проглотила это?

– А что мне следовало сделать? Мы находились в ресторане, вокруг люди, семьи, а я что, бешеная, громкая и ревнивая?

– Ты права, – виновато улыбается Настя. – Ты не такая. Ты очень нежная и женственная девушка, а это удел таких, как я – импульсивных и громких.

– Ты не импульсивная и громкая.

– Ох! – зловеще смеется Настя. – Ты просто не знакома со всеми сторонами моей личности! А вообще, знай ты, что твой муж всё равно поднимет на уши весь ресторан, то наверняка пару волосинок этой гадине точно выдрала бы, – заговорщически подмигивает мне подруга.

– Ну да, – бросаю усталый взгляд в сторону, – закати я скандал, то он, возможно, и не напился бы до такого состояния.

– А ты не думаешь, что Аверьян прав? Может, Богдан и правда подмешал ему что-то в вино?

– Нет! – отвечаю решительно. – Я так не думаю. Что за нелепые и абсурдные предположения?

– Ага, – закатывает она глаза, нарочно раздражая меня.

– Официант открыл бутылку у нас на глазах, наполнил бокалы! Мы немного выпили, а потом Богдан с Викой решили отойти. Мы с Аверьяном снова повздорили, я ушла, чтобы воздухом подышать, а он остался.

– Один, – поднимает Настя бровь.

– Да, один. Я не знаю, сколько и чего он выпил, но медики сказали, что отключился он от алкогольного опьянения.

– Он что, три литра водки в себя влил, чтобы внезапно отключиться? – фыркает Настя.

– Я не знаю! – развожу руки в стороны. – Об этом я его спросить не успела, поскольку после пробуждения он ударил Богдана, а потом мы снова поругались!

– Черт, – задумывается Настя. – Вам нужно было сдать кровь на анализ.

– Если бы мы находились в оздоровительном санатории, например, с собственной лабораторией, то я непременно бы настояла на этом!

– А вдруг это сделала Дарина? – распахивает взгляд Настя. – Что, если она, увидев, как все вы вдруг вышли, и Аверьян остался один, подошла к нему и, скажем, незаметно подбросила в его бокал снотворное? Не смотри на меня, как на идиотку. Если она сиськами своими тёрлась о него на твоих глазах, значит, у нее точно есть на него планы. Аверьян в отключке, а значит, никакого секса с тобой. Всего одна ночь, но только представь, как ей было приятно это осознавать.

– Аверьян помешался на Богдане, а ты на Дарине, что ли?

– Сейчас весна, и люди сходят с ума, – пожимает она плечами. – И я всего лишь делюсь вариантами, предположениями и мыслями. К тому же, мы обе знаем, на кого время года может оказать особое влияние.

– Настя!

– Просто подумай логически: у Аверьяна нет проблем с алкоголем! Он ведь знает свою меру, так?

– Так.

– Когда ты оставила его, сколько тебя не было?

– Минут десять, не больше, – отвечаю с неохотой.

– Для снотворного маловато будет, – раздумывает Настя. – Да и если это таблетка, она должна успеть раствориться, а когда она растворяется, то на поверхности жидкости образуется бурление. Аверьян бы заметил. Что тогда? – смотрит она на меня, не на шутку заинтересовавшись этой абсурдной темой. – Порошок? Но его нужно высыпать, а это ещё заметнее.

– Я надеюсь, ты сейчас не всерьёз это всё?

– Что может вырубить взрослого мужика за считанные минуты? – спрашивает сама себя Настя, а я невольно вспоминаю слова Аверьяна после ночи, проведенной в студии. Он сказал, что уже собирался выезжать, как вдруг просто отключился и проспал всю ночь. – Это что-то, что действует почти мгновенно и, очевидно, так же быстро растворяется в жидкости. Знаешь, у моего папы были периоды жуткой бессонницы. Это началось после смерти мамы. Невролог прописывала ему столько лекарств: и таблетки, и травы, и бальзамы. У нас дома был отдельный ящик для всего этого, но ничего из этого не имело мгновенного эффекта.

– А я и не знала об этом. И как твой папа сейчас? Удалось наладить сон?

– Это значит, что Аверьяну могли подмешать какой-то наркотик, – продолжает она свою тему. – Другого варианта нет.

– Мне надоело, – вздыхаю, чувствуя очередную волну раздражения. – Я сваливаю.

Настя смотрит на меня то ли задумчиво-серьезно, то ли вопросительно-серьезно.

– Что? – спрашиваю. – Мне правда уже надоело это!

– А что ты думаешь по этому поводу?

– Думаю, что мне пора, – достаю из сумки наличные. – А тебе стоит сменить детективные сериалы на что-нибудь легкое и незатейливое.

– М-да, сдать кровь вам точно не помешало бы, – говорит она задумчиво. – Если подобное случится ещё раз, обязательно это сделайте.

– «Ещё раз»? – усмехаюсь, нервно перебирая пальцами бумажки в кошельке.

Если я скажу ей, что этот раз в ресторане – уже второй, Настя точно разовьет свою теорию до невероятных масштабов. Мне уже и от этой неспокойно на душе, даже несмотря на то, что я считаю её абсурдной.