Пришлось возвращаться, выключать плиту и, стягивая на ходу фартук, бежать на улицу. То ли воображение сыграло со мной злую шутку, то ли действительно на улице внезапно стало… как-то мрачно. Небо заволокло тяжелыми тучами, поднялся холодный ветер, порывы которого были очень сильными, и в воздухе отчетливо пахло надвигающейся грозой и кровью. Этот неприятный металлический запах я ни с чем не перепутаю.

Страх сжал сердце с такой силой, что у меня задрожали руки. Правда, ненадолго. Мне довольно быстро удалось прийти в себя.

Пронзительный звук повторился. Не просто звук, а крик измученного болью животного.

— Проклятие! — едва слышно выдохнула я и рванула в сторону леса.

Там, у самой кромки, я увидела Руслана. Он сидел на корточках спиной ко мне и пытался удержать лань, которая хрипела и дрожала от боли. Ту самую лань, которую я видела утром у ручья. Сомнений быть не могло. Это точно она!

— Не подходи ближе, — не оборачиваясь, бросил Руслан.

Я проигнорировала предупреждение. Шагнула вперед, стараясь двигаться мягко и плавно, чтобы не испугать измученное животное. И чем ближе я подходила, тем отчетливее ощущала аромат крови.

— Что с ней? — прошептала я, подходя сбоку, чтобы увидеть истерзанный бок животного и глянцевую красную лужицу, что становилась все больше.

— Ранена. И напугана.

— Это… какой-то хищник? Или браконьеры?

Честно говоря, мне не нравились оба варианта. Однако у Руслана был припасен третий. Гораздо страшнее первых двух.

— Не похоже, — мрачно протянул он. — Кажется, Лана, мы здесь не одни.

Я сглотнула и резко вскинула голову, осматривая лес, что возвышался над нами. Темный, мрачный, непривычно тихий и опасный. Теперь он уже не воспринимался таким спокойным и умиротворенным, каким был этим утром. За каждым деревом, под каждым кустом чудилась опасность.

— Оборотень? — едва слышно прошептала я.

— Похоже на то. Чудо, что ей удалось вырваться.

Лань вновь захрипела, вращая глазами, и задрожала.

— Или ей позволили вырваться, — задумчиво произнес Руслан, вновь сосредотачиваясь на бедном животном.

Это предположение мне тоже не понравилось.

— Позволили? Но зачем?

— А как ты думаешь? Мое присутствие он, — Руслан немного помедлил, — или они не могли не заметить. А, значит, должны были уйти. У оборотней есть правила, Лана. И одно из них — не мешать другим. Если его нарушили, то сделали это сознательно. А это животное — только подтверждение моим словам.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе бросили вызов?

— Похоже на то.

«Еще лучше!»

— Ты знаешь кто это?

Пауза так затянулась, что я уже не надеялась услышать ответ. Но он все-таки прозвучал:

— Не уверен.

— Ты же понимаешь, что это не ответ.

— Другого у меня нет. Это может быть случайной оборотень.

Я моментально уловила крохотную долю неуверенности в его голосе.

— Думаешь, по Алтаю бегает десяток оборотней в поисках, на кого бы напасть? — нервно поинтересовалась я.

— В любом случае, мы скоро все узнаем. После такого послания никто не останавливается на полпути. Вызов брошен. И не принять его я не могу.

«Ох уж эти оборотни с их правилами! Почему нельзя просто послать этого гада в пешее эротическое путешествие и уйти? Почему обязательно надо что-то кому-то доказывать?».

— И что теперь? — нервно спросила я, вновь вглядываясь в потемневший лес.

Мне показалось или вон там зашевелились кусты? Или нападение стоило ждать с другой стороны. Оттуда, откуда раздался тихий треск? Или это просто ветка упала от очередного порыва ветра?

— Займемся животным. Надо остановить кровь. Обработать раны. Они небольшие и не очень глубокие, так что угрозы жизни нет. Поможешь мне?

— Конечно.

А что мне еще оставалось?

Я тут же опустилась рядом с ланью. Руслан быстро стащил с себя футболку и протянул мне.

— Прижми вот здесь. — Он указал на раны. — Сильно, но без резких движений. Ей и так больно.

Я осторожно положила руки на бок, чувствуя, как под пальцами пульсирует тепло. Кровь все еще сочилась, но уже медленнее. Лань вздрогнула, но не отбивалась. Ее глаза, широко раскрытые и влажные, смотрели с таким выражением, что у меня сердце кровью обливалось.

«Что за изверг такой? Как можно было так издеваться над бедным созданием? И все ради чего? Чтобы оставить Руслану какое-то глупое послание? А самому слабо было подойти?».

— Тише, тише… — шептала я, гладя ее свободной рукой по шее. — Все будет хорошо. Мы тебе поможем.

Вопрос о том, кто поможет нам, так и остался открытым.

Мы провозились с ланью до самого вечера. Я с помощью легких чар усыпила ее на время, чтобы она не мешала. И пока бегала за лечебными мазями, которые взяла собой, Руслан очистил раны от грязи и засохшей крови. Оставалось надеяться, что человеческие средства не навредят животному.