Дух-хранитель очумело шлепнулся на пол, инстинктивно приземляясь на четыре лапы, осознал произошедшее и взвыл дурным голосом. Темный маг медленно повернулся в мою сторону. Взгляд его был ледяным и не обещал мне ничего хорошего. Бежать бы без оглядки, да некуда.

– Я нечаянно, честное слово! – выдохнула, замечая, как все больше темнеют его глаза, становясь еще красивее.

– А-а-а-а! – выл на одной ноте дух-хранитель. – Я эту корону в болоте утоплю! Кого она нам приволокла! Темного мага, способного ее испепелить, она не боится! Мою предупреждающую табличку, способную отпугнуть любую девицу, на воротах игнорирует! Меня, единственного во всем королевстве духа-хранителя, превращает в кота! В белого кота!

– Ну, прости меня, пожалуйста, – повинилась я. – Я, правда, случайно. Магия у меня такая… непредсказуемая. Навредить она не может, ты не бойся. И через несколько дней развеется. Наверное, – тихо добавила я.

– Что? Наверное? – взревел кошак. – А если нет, я так и останусь…

– Самым красивым, милым и чудесным существом на свете. Хочешь, я тебе свой самый лучший бант подарю, голубенький! – пообещала я, надеясь, что древний монстрик отходчивый, а Зейн не испепелит меня прямо сейчас, как то чудовище во тьме.

Дух-хранитель оторопело в очередной раз плюхнулся на пол и уточнил:

– Мне? Бант? Голубенький? – голос его задрожал от возмущения.

– Он очень красивый. Честное ведьминское, – выдохнула я.

Темный маг перевел взгляд с растрепанной, с горящими щеками меня на паникующего духа-хранителя и… внезапно тихо рассмеялся. Этот самый опасный маг королевства, самый сильный темный рассмеялся! Я смотрела на него, замечая, как разгладилась суровая морщинка между бровей, как потеплели льдистые глаза и понимала, что опять пропадаю.

Кошак же вытаращился на своего хозяина так, будто впервые видел, как он смеется.

– Ладно, я согласен на твой голубой бантик, – неожиданно сменил он гнев на милость.

Я вздрогнула, посмотрела на него и кивнула.

– Как-то быстро ты сдался, – задумчиво заметил Зейн.

– Ты же к утру явно чары снимешь, отправишь ее обратно, и никто о моем позоре точно не узнает, – заявил он, задирая пушистый хвост. – А голубые бантики лишними не бывают.

И он с королевским достоинством, будто всю жизнь был котом, а не трехметровым монстром, скрылся за дверью кухни.

Утро у меня началось с того, что по моей щеке аккуратно прошлись чьи-то коготки. Сонно моргая, я открыла глаза и уставилась на пушистого кота, чью шею украшала голубая лента. Назвать его белым и чистым сейчас уже вряд ли получилось бы, потому что за ночь дух-хранитель, представившийся мне вчера Ферром, похоже, собрал на себя всю пыль в замке.

– Ты где такой красивый был? – не удержалась я.

– Мышей ловил.

Я глупо моргнула, уставилась в его желтые глазищи.

– Ну, а что ты хотела? Сама же меня в кота превратила со всеми вытекающими. И, учти, я буду… мстить! – заявил он, и я с трудом спрятала улыбку.

Кот выглядел таким обиженным и одновременно милым, что больше всего на свете мне хотелось сейчас притянуть к себе этого грязного пушистика и потискать.

Ферр, видимо, прочитав это желание по моему выражению лица, резво спрыгнул с кровати и скрылся за дверью гостевой спальни, где я расположилась на эту ночь. Только коготки и застучали по каменному полу в коридоре.

Потянувшись, я встала и оглядела роскошную, иначе и не скажешь, комнату. Тяжелые темно-синие портьеры, обитые богатой тканью стены, огромный, с узорчатой решеткой камин, массивная мебель из темного дерева – и шкаф, и комод, и пара кресел с небольшим диванчиком, пушистый ковер под ногами. Все это дышало основательностью и вкусом. И никакого запустения, в отличие от большей части замка, здесь не было. Значит, несколько покоев все же прислуга содержит в чистоте. Странно только, что даже вчера за накрытым ужином в небольшой столовой никто из них не появился. Может, у них всех по какой-то причине выходной?

Размышляя об этом, я умылась, заплела косу и переоделась в запасное платье, такое же строгое, как и первое, только темно-синего цвета. Ткань приятно прилегала к коже, но я поймала себя на мысли, что скучаю по тому невероятному плащу из тьмы, что вчера создал для меня Зейн.

– И что ты так долго возишься? Завтракать уже пора! – заявил дух-хранитель, прыгая на трюмо, возле которого я стояла.

Зеркало жалобно звякнуло от веса кота, но выдержало.

– Иду-иду! – пропела я и, подхватив его на руки, поспешила к выходу.

За дверью, впрочем, опустила на пол, потому что дух-хранитель заявил, что этого только и не хватало, изображать ему домашнего питомца. Я с ним спорить не стала.

– Слушай, а почему замок такой запущенный? – не выдержала я, идя по коридору. – Вы что же, бытовые чары не используете совсем?