Вошедшие пленники долго мялись у двери, пытаясь понять, что происходит. Они крутили головой в разные стороны, оглядываясь. Первой встала из-за стола Амина. Она подошла к бывшим пленникам, тепло улыбнулась и мягко произнесла:

– Мы же обещали, что поможем вам выйти из подземелья. А сейчас проходите за стол. Наверняка ведь голодные.

Помогая народу разместиться, встали мои товарищи. Я тоже собиралась вскочить, но меня за руку удержал Азаш и едва заметно покачал головой.

«Все хорошее, к сожалению, быстро забывается. Они сейчас увидят в тебе человека, и природное чувство отрицания может взять верх», – пояснил юноша.

«Да они еще не до конца пришли в себя, вряд ли им будет дело до моей человеческой природы», – попыталась отмахнуться я и осеклась. Некоторые освобожденные, как ни старались сдерживаться, то и дело бросали на меня неприязненные взгляды.

– А что с вами за столом делает человечка? – не сдержавшись, пренебрежительно бросила – кто бы мог подумать? – та самая старожилка. Она преобразилась, ее красота оказалась настолько яркой, что многие итаны не могли оторвать от нее взглядов.

– Нина помогла нам выжить. – Перед аэрой с вызовом встал Шан. – И советую тебе придержать свой язык. Она – атала хранителя.

– Хм, это постельная грелка? Так ее и сменить можно. Такому итану нужна хорошая жена, – не желала униматься аэра.

– Я смотрю, ты быстро пришла в себя. – Терпеть насмешки я не стала, поднялась из-за стола и подошла к девице. Демонстративно окинула ее взглядом с ног до головы, а потом вынесла вердикт: – А знаешь, ты права, как постельная грелка ты действительно сгодишься для любого. Ты красива, амбициозна, грациозна. Но вот в жены берут как раз таких, как я. И если тебе неизвестно, атала – это Единственная, Истинная, половина души. Понимай, как хочешь.

Сказать аэре было нечего. Она, пытаясь сохранить достоинство, переводила взгляд с меня на Азаша и обратно. Кажется, до нее начало доходить, что она только что оскорбила фактически супругу хранителя.

– Мы есть сегодня будем? – пришел на помощь Шан. Эх! Вот что значит мудрый дракон!

Я вернулась к Азашу, села на свое место. Да, было неприятно, но я гнала от себя негатив. Получалось плохо. Хранитель взял в руку мою ладонь, развернул к себе запястьем и медленно поднес к губам. Поцеловал. Тут же по телу распространилось тепло, волной смывая все невзгоды. На этот раз получилось расслабиться.

Теперь можно было приниматься за еду. Раздражение и злость прошли. Я старалась не смотреть на наглую девицу, не успевшую выйти из подземелья, а уже качающую права.

В столовой воцарилась тишина. Слышны были только редкие легкие постукивания столовых приборов да дыхание собравшихся. Слуги бесшумными тенями сновали вдоль стола, то наполняя кубки гостям, то убирая грязную посуду.

Я насытилась быстро и, ковыряясь в тарелке, из-под полуопущенных ресниц наблюдала за народом. Бывшие пленники изредка украдкой бросали взгляды на меня. Строптивая аэра ни разу не посмотрела в мою сторону. Она сидела гордо выпрямившись, словно королева на приеме, медленно отрезала кусочки мяса и отправляла их в рот. Я заметила, что она пользовалась таким же приемом, обозревала всех из-под полуопущенных ресниц. И когда ловила на себе восхищенные взгляды итанов, довольно улыбалась.

Наконец народ удовлетворил голод. Скорее всего, сыграло роль любопытство, всем было интересно узнать подоплеку происходящих событий. С чего все началось? И почему столько времени продолжалось? Первым подал голос Шан. Оглядев напряженно застывших гостей, он повернулся к Азашу:

– Ты обещал рассказать нам захватывающую историю.

– Конечно, – улыбнулся хранитель. – Вы все поели? – Все дружно закивали в ответ. – Тогда слушайте…

Тарлас – небольшой мир, созданный близнецами, братом и сестрой. Это место их отдыха, отрада их души. В него они вложили всю свою любовь и нежность. Они считали, что никогда не расстанутся, будут вечно вместе. Одна душа на двоих, сердца, бьющиеся в унисон, мысли, схожие во всем. Им порой не нужно было заканчивать очередную пришедшую в голову идею. Если начинал брат, сестра уже знала, что он хотел сказать. И наоборот.

Они не всегда находились на Тарласе. Это было место их уединения, здесь они прятались от всех, отдыхали и творили. Но потом возвращались в свой мир, где жили, учились и создавали новые миры.

Однажды брат влюбился. Сильно, всепоглощающе, полностью потеряв голову. Он признался в этом сестре. Сообщил, что женится. Его любовь не только была взаимной, его избранница оказалась истинной парой. Более того, она носила под сердцем близнецов.

Сестра впала в ярость. Она не могла отдать брата самозванке. Гнев настолько помутил ее разум, что она не придумала ничего умнее, как отыграться на Тарласе.

В то время миром правил мудрый правитель, народ его любил, ценил и уважал. Шайад отвечал тем же. Он радел за этот мир. Его супруга – королева Нинэриэла души не чаяла в муже, помогая ему во всем.