Я перестала понимать, на каком свете нахожусь, да и вообще, кто я. Одна сплошная боль заполнила каждую клеточку тела, шею будто сжал стальной обруч, мешающий дышать. Приходила несколько раз в себя на короткий промежуток времени, понимая, что лежу на полу. Но тут же снова впадала в вязкую жижу боли.

– Аэра! Нина! Ты слышишь меня? – До слуха донесся голос, от которого я вздрогнула. С трудом разлепив веки, налившиеся свинцом, кивнула. Но даже от этого движения мой мозг едва не взорвался.

– Я попробую навесить на нее щит…

– Лучше попытаться блокировать разум…

– Это не поможет, на нее воздействуют через истинное имя…

– Но она сопротивляется… такое невозможно…

Обрывки реплик долетали до меня будто издалека. Я фиксировала их краем уха, но мозг отказывался воспринимать происходящее. В мою голову будто тысячи пиявок впились, высасывая силу и энергию. Накатила слабость. Хотелось выть и орать, но я, стиснув зубы, искала способы убрать всю гадость из головы.

А потом в один момент все прошло. Боль резко исчезла. Накатило облегчение. Распахнув глаза, перевернулась на спину и уставилась на склонившихся надо мной товарищей по несчастью. У всех на лицах напряжение, ожидание, у некоторых страх.

– Ты как? – осторожно поинтересовалась Амина.

Я прислушалась к себе.

– Жить буду, надеюсь, долго и счастливо, – ответила эльфийке, пытаясь встать.

– Каковы твои желания? – сурово поинтересовался Раат.

Мои брови взлетели вверх. Я не сразу поняла вопрос. Но ответила честно:

– Очень пить хочется.

– Что? Пить? – Впервые за все время нашего знакомства я увидела растерянность на лице дворецкого.

– Ну да, только пить, в горле сильно пересохло, – подтвердила я свои слова. – А ты о каких желаниях спрашивал?

– Я имел в виду другое, – нахмурился Раат. – Сосредоточься. Подумай. Нет ли у тебя желания стать первой в конкурсе? Не изменилось ли твое мнение по поводу принца, например, не возжелала ли ты его как супруга?

– Эй! Я еще из ума не выжила, у меня был приступ головной боли, а не сумасшествия, – возмутилась я.

– Хорошо, – расслабился Раат, а за ним и все остальные. – А ты можешь сказать, чего от тебя хотели?

– Именно это я и пыталась понять, но не смогла разобрать ни единого слова, может, поэтому и стало еще больнее. Такое чувство, что со мной пытался говорить умственно отсталый подросток с дефектами речи. Он торопился, но делал только хуже. – Я досадливо скривилась.

– А вот это уже интересно.

Передо мной встал дракон. Яхар или Шан. Впрочем, какая разница? Но мне вдруг стало очень важно узнать, кто есть кто. Или не важно? Странное состояние накатило на меня. Я не могла оторвать глаз от парня. Мне показалось, я начинаю раскачиваться на волнах, меня омывает со всех сторон теплое море, обдувает легкий ветерок. Чешуйчатый смотрел пристально, на миг его янтарные глаза засветились золотым светом. И мне стало так хорошо, что захотелось поделиться всеми тревогами и печалями. Уткнуться в плечо и поплакать о своей нелегкой доле. Я даже подалась вперед, глаза защипало, но вдруг лавиной обрушилось понимание и осознание действительности. Я шарахнулась назад, во все глаза глядя на юношу.

Я тряхнула головой. Ненавижу плакать. А уж жаловаться кому-то и подавно. Мои губы сжались. Все желание делиться проблемами пропало. И я осмысленно посмотрела на парня.

– Ты сейчас на меня воздействовал? – скорее уточнила, чем спросила я.

Улыбка, как по команде, появилась на лицах всех, кто находился в комнате.

– Да, причем задействовал весь свой потенциал. Но ты смогла поддаться только частично, да и то всего на минуту. А потом каким-то образом просто отшвырнула от себя мои чары. Как ты это сделала? – тихо спросил дракон.

– Не знаю, просто осознала тот факт, что не люблю ныть и жаловаться, и оно все само пропало, – ответила я. – Думаешь, через мое имя на меня так же воздействовали?

– Да, именно так. Но требовали от тебя невыполнимого, может, поэтому ты и не смогла разобрать, чего именно, – согласился со мной дракон.

– Так, на сегодня пора заканчивать, – хлопнул в ладоши Раат. – Расходимся. Всем необходимо отдохнуть. У вас осталось два дня. Потом станет намного сложнее.

– Почему? – обернулась к нему Амина. – Что такого начнется во время конкурса?

– Его впервые сделали открытым, – ответил дворецкий. Заметив недоумение на лицах, объяснил: – Всегда выбор жениха и невесты проходил только среди своих, то есть среди обитателей дворца. Сейчас приглашены многие аристократы и правители других королевств. Это пугает и настораживает, потому что теперь в замке станет небезопасно. И вам всем следует быть осторожными.

– Это действительно странно, – нахмурился вампир. – Я так понимаю, в эту часть замка тоже кого-то подселят? – Раат кивнул. – И именно их нам стоит опасаться?

– Да, – коротко бросил мужчина.

– Раат, я вот одного не понимаю, а почему ты нам обо всем этом рассказываешь? – У меня возникло некоторое подозрение. – Разве ты не должен держать нас в неведении?