Я просто не могу помнить этого. Не могу помнить того, что со мной не происходило. Ведь это не была я. Это была настоящая Тифани.
— Дорогая, откройся этому месту, — настаивает женщина, но ее голос звучит словно откуда-то издалека. — Оно не сделает тебе ничего плохого.
И я на самом деле чувствую, что это так. Я чувствую, что окружающее меня пространство будто берет меня на руки, обнимает, прижимает меня к себе.
— Милая, нам пора домой, — слышится в голове женский голос. — Мы еще приедем сюда, я тебе обещаю!
— Спасибо, мама! — звучит звонкий детский голосок, и мне кажется, будто он входит из моей груди. — Спасибо, что привела меня сюда!
— Это место принадлежит нам всем, Тифани. Оно принадлежит тебе, в точности как и мне…
Я улыбаюсь. Мне хорошо, приятно, спокойно. Кажется, что я нахожусь в объятиях моей настоящей мамы. Я ощущаю ее тепло, ее нежность…
И именно это ощущение заставляет меня сжаться и воспротивиться этому месту, его энергии.
Моя мама умерла около десяти лет назад, и я прекрасно понимаю, что ее уже никогда не вернуть.
— Это все обман! — кричу я, разрывая зарождающуюся связь с энергией парка. Но тут же взвываю от боли.
Кажется, будто кто-то сорвал огромную болячку с моей груди, и теперь на ее месте открылась кровоточащая рана.
И это последнее, что я ощущаю, прежде чем потерять сознание.
Глава 27
Сон
Пробивающийся сквозь веки свет красным пятном вторгается в мой разум. Что случилось? Ничего не могу понять.
С трудом раскрываю глаза. Голова раскалывается, словно будто после хорошей вечеринки. Сухость во рту такая, что кажется, я могу выпить всю воду, которая только попадается мне на глаза.
Пытаюсь приподняться, но слабость пронзает все тело, заставив снова упасть на мягкую подушку.
Какое-то время лежу с закрытыми глазами. Пытаюсь прийти в себя, собраться с мыслями. И в итоге получается это сделать.
Легкость приходит внезапно. Боль, слабость и сухость во рту пропадают так неожиданно, словно их вовсе никогда и не было.
Сажусь и осматриваюсь. И в итоге нахожу совсем не то место, которое ожидала увидеть.
Вместо парка, в котором я совсем недавно была, или комнаты, в которой провела последнюю ночь, вижу яркую и по-детски веселую комнату. Вдоль стен полки, заставленные необычными старинными игрушками. Деревянные лошадки, фарфоровые куклы, а рядом с ними плюшевые мишки и какие-то непонятные деревянные палочки. Все это кажется совсем новым, непривычным для меня.
Завороженно наблюдаю за этим странным собранием. Каждая игрушка осторожно поставлена на свое место. Видно, что к ним относятся с любовью и заботой.
Подхожу ближе, и мой взгляд останавливается на одной из кукол. Ее фарфоровое лицо украшает широкая приятная улыбка. Оно будто срисовано с живого человека. Кажется, что если к кукле обратиться, она обязательно заговорит.
Внезапный шум за дверью заставляет меня вздрогнуть.
Что это? Голоса? Но чьи они? Я их совсем не узнаю.
Тихонько, на цыпочках иду к двери и тянусь к ручке. Но только дотронувшись до нее, понимаю, что она расположена неожиданно высоко. Да и сама дверь кажется мне слишком высокой.
— Только не говорите, что я в доме великана, — усмехаюсь, произнеся пришедшую мысль вслух. И от этого она кажется мне еще смешнее.
Нет, конечно, после переселения в чужое тело и знакомства с ведьмами я могу поверить во многое. Но в том, что среди людей живет великан — вряд ли.
И подтверждение абсурдности этой мысли я нахожу в еще более неожиданном факте: я замечаю, что за ручку я держусь самой настоящей детской ручкой.
— О, нет! — пугаюсь, что со мной стряслось очередное переселение. Быть маленькой девочкой мне совершенно не хочется. — Это только сон. Я сплю и скоро все пройдет!
Щипаю себя за ногу, чтобы проснуться, но только вскрикиваю от боли.
— Вот же черт!
Так! Сейчас мне нужно собраться! Сейчас я должна выдохнуть и прийти в себя. Ведь все это просто не может быть правдой. Все это происходит для чего-то, о чем я пока что еще не догадываюсь.
И это что-то явно находится не в этой комнате.
Собравшись с духом, открываю дверь и выхожу в коридор. Но тут же замираю от изумления.
В этом доме коридор обставлен гораздо богаче, чем я могла себе представить. Даже богаче, чем в доме у сестер.
Стены здесь увешаны картинами в золоченых рамах, а под ногами лежит мягкий ковер, словно уложенный к приезду важных гостей. Откуда-то сверху льется приглушенный свет, заставляя все вокруг переливаться и искриться. Кажется, что я попала в сказку. Но почему-то это совсем не радует, а наоборот, пугает.
Иду по коридору, стараясь не шуметь. Каждый шаг дается с трудом, будто ноги налиты свинцом. А ведь совсем недавно я чувствовала невероятную легкость. Страх способен испортить даже это.