– Незаслуженные? – кривится он и смотрит с укором. – Забыла, что я видел тебя у ночного клуба? А как понимать то, что ты до сих пор живёшь в квартире того адвокатишки?

– Во-первых, – спокойно отвечаю ему, – я не обязана оправдываться. Во-вторых, ты не имеешь права ни в чём меня обвинять. Ты мне изменил, вышвырнул из дома, обманом развёлся и собирался жениться на любовнице, которая ждёт от тебя ребёнка…

– Кстати, об этом, – он открывает кожаный дипломат и вынимает пачку бумаг, придвигает ко мне. – Подпиши признание.

– Какое признание? – настораживаюсь я.

– Что ты и твой адвокат оклеветали работников ЗАГСа, и наш с тобой развод прошёл полюбовно и по всем правилам.

Сердце пропускает удар. Но я делаю вид, что Богдан меня не пугает и приподнимаю брови:

– Зачем мне это подписывать?

– Ты же не хочешь по-плохому? – хищно ухмыляется он и достаёт второй документ. – А так же подпиши отказ от претензий на раздел имущества…

– Да ни за что! – выпаливаю я и вешаю сумочку на плечо. – Встретимся в суде.

– Его не будет, – бросает мне вслед Богдан. – Я предупреждал, но ты не услышала. И сейчас пришёл дать тебе последний шанс.

Резко оборачиваюсь и смотрю на человека, которого раньше безумно любила, а сейчас также сильно ненавижу. Возвращаюсь и смотрю на него, едва сдерживаясь, чтобы не схватить кофе и не выплеснуть Агаеву в лицо.

– О каком шансе речь? Ты вообще, человек?! Я не слышу тебя? Это ты не слышишь! Я не прощу тебя, Богдан. И ничего не подпишу. Мы разведёмся по закону, и я получу то, что мне причитается. Буду жить со своими детьми и даже не вспоминать о тебе. Ясно?

Смеюсь, глядя на мужчину:

– Пришёл мне угрожать? По-плохому? Серьёзно? Я забыла, когда у нас было по-хорошему! Я больше тебя не боюсь, Агаев! Потому что научилась жить без тебя.

Он молча достаёт телефон и набирает номер. Я хочу уйти, но слышу голос Богдана:

– Дарина? Возвращайся домой, я согласен оплатить создание твоего клипа.

– Папа, я тебя люблю! – слышу радостный голос старшей дочери.

Сердце проваливается в желудок, но на этом Богдан не останавливается. Отключается и набирает другой номер.

– Это я. У меня просьба. Можешь закрыть одну радиопередачу? Название? «Секреты многодетной мамы». Спасибо, буду должен.

Медленно опускаюсь на стул, не веря, что этот человек парой звонков может уничтожить всё, чего я достигла за недели адского труда.

– Мне продолжать? – холодно спрашивает Богдан и придвигает мне бумаги. – Или закончим на этом?

Я смотрю на него, не моргая.

– Ты чудовище…

– Ир, – устало вздыхает Агаев. – Мне некогда с тобой спорить. И нет времени на очередной развод. Я не стану делить с тобой имущество. Эти деньги мне нужны для предвыборной компании. И так впритык! Ты уже поняла, что проще сдаться или нужны ещё аргументы?

Тяжёлый выбор. Я помню уверения Лазаря, но сейчас сомневаюсь в реальности победы. Что ещё может сделать монстр, который сидит напротив меня? Кому ещё позвонит, чтобы растоптать меня или моих друзей? Навредит Неле? Стасу? Богдан уже показал, что способен на то, чего я не ожидала.

Что дальше? Как можно сделать больнее? Навсегда разлучит меня с детьми? Буду смотреть на них издалека, убирая улицы? Тихонько плакать, жалея, что сейчас не сдалась? Тяну с принятием решения не потому, что не верю угрозам мужа, а потому, что не хочу видеть его победу.

– Ир, – Богдан поднимается и, опираясь о стол, нависает надо мной.

Я запрокидываю голову, затравлено глядя на него, но всё равно молчу. Кажется, что мужчина едва сдерживается, чтобы не ударить меня, как тогда свою любовницу. Сердце замирает от страха. Неужели Агаев пересечёт и эту грань? Тогда он перестанет для меня существовать.

А Богдан вдруг опускается на колени. Растерявшись, забываю, как дышать. Смотрю на мужа расширившимися от изумления глазами. Он берёт мою руку и, нежно сжимая её, говорит быстро и тихо:

– Ты победила. Я у твоих ног, родная… Прости дурака! Кристина для меня ничего не значит. И никогда не значила!

Я судорожно вдыхаю, не веря ушам. Агаев полностью преображается, становясь таким, в какого я когда-то влюбилась. Смотрит ласково и улыбается нежно. Решил изменить тактику? Извиняется?! А Богдан продолжает:

– Как только я достигну своей цели, и поддержка её отца будет не нужна, она навсегда исчезнет из нашей жизни. Умоляю тебя, подпиши эти документы! Это очень важно для будущего нашей семьи. Важно для будущего наших детей. Понимаешь? Всё это я делаю ради них…

– А ребёнок Кристины? – холодно перебиваю я. – Он тоже исчезнет?