– Сначала я хотел обнародовать деятельность вашего мужа, – делится адвокат, – но, копнув глубже, решил, что нужно действовать очень осторожно.

У меня ёкает в груди. Неужели, Лазарь испугался? Откажется вести моё дело? Судорожно сжимаю пальцы в кулаки, а мужчина продолжает:

– Глеб считает, что лучше не трогать это осиное гнездо, но моё мнение отличается. Я желаю вам спокойной и счастливой жизни, поэтому прошу вашего разрешения на продолжение расследования.

– О чём вы говорите? – не понимаю я.

– Я буду подавать гражданские иски, как и планировал, чтобы обеспечить вас и ваших детей… И себя, разумеется! – Он смеётся и продолжает: – Но параллельно я попробую проникнуть в налаженную систему и найти доказательства изнутри.

– Вы хотите стать клиентом? – потрясённо ахаю я. – Но это же очень дорого.

– Для начала возьму гостевую подписку, – мягко поясняет он. – А потом посмотрим. Может, мне удастся познакомиться с другими клиентами и найти доказательства, что ваш муж вёл незаконный бизнес?

Мне неприятно жжёт в груди, стоит подумать, чем Лазарю придётся заниматься, чтобы добыть эти доказательства, и неожиданно для себя выпаливаю:

– Тогда я с вами!

– С ума сошла?! – Подруга смотрит на меня так, будто я заявила о выходе в открытый космос, а не о том, что подпишусь на то приложение. – А если Богдан узнает?

– Пусть, – болезненно кривлюсь я.

– Не пусть! – она подсаживается ближе и, нервно озираясь, шепчет: – Пока ты жертва, а он изменник. Но всё может перевернуться, если ты сама поступишь так же.

– Ты же советовала мне отвлечься и посмотреть на других мужчин, – напоминаю ей. – Говорила, что Богдан не единственный на земле.

– Говорила, – соглашается Неля. – Но не толкала тебя на панель!

Смеюсь, не выдержав её сурового взгляда, а подруга вздыхает и с особым блеском глаз подаётся ко мне:

– Так куда нас сегодня Лазарь повезёт развлекаться? – Глаза её резко округляются. – Не говори, что речь как раз о том гостевом свидании. Если что – я пас! И тебя не отпущу. Лазарю тоже не позволю…

– Он свободный мужчина, – напоминаю ей. – Делает, что хочет.

– Пусть лучше друга своего запашистого отправит, – хихикает Неля.

– Это вы обо мне?

Мы обе вздрагиваем и оборачиваемся. В кафе, где ожидаем Лазаря, посетителей немного, и я недоумеваю, как же мы не заметили Глеба? Мужчина сидит за соседним столиком и, поглядывая на нас с иронией, через трубочку попивает кофе со льдом, таким же холодным, как тон моей подруги:

– Вам не говорили, что подслушивать невежливо?

Оторвавшись от напитка, Зыков обворожительно улыбается ей:

– Что поделать? Это моя профессия! А ещё я хорошо умею подглядывать.

– Нашли, чем гордиться, – высокомерно фыркает Неля.

Мой телефон вибрирует, и я радостно подскакиваю:

– Дочка! – Смотрю на подругу с сомнением. – Вы же не подерётесь, пока я общаюсь с Даринкой!

– Ничего не обещаю, – кровожадно усмехается подруга, а Глеб закатывает глаза и поднимает ладонь. Мол, бросьте! Неля примирительно добавляет: – Передавай моей крестнице привет.

Киваю и спешу к выходу, желая насладиться беседой с дочерью. Я так по ней соскучилась, что не хочу делить разговор с кем-то ещё. А Неля, я знаю, обязательно встрянет в нашу беседу.

– Привет, родная… – начинаю с любовью.

– Ненавижу тебя! – рыдает в трубку Дарина. – Ненавижу вас всех!

И отключается, толком ничего не объяснив. У меня сердце пропускает удар и начинает колотиться, как сумасшедшее. Неужели Эльвира Халидовна сказала ей о разводе? Меня трясёт от эмоций, к глазам подступают слёзы.

– Ирина? – ко мне подходит Лазарь, подхватывает за локоть. – Вам плохо? Что такое? Вы такая бледная…

– А? – Покачнувшись, цепляюсь за его рукав. – Вы пришли?

– Ирка! – появляется Неля, всматривается в моё лицо. – Что? Живот заболел? Вот! Не нужно было перенапрягаться. Ты же недавно прооперировалась. Поехали в больницу!

– Нет, – отступаю я и, кусая губы, отчаянно сдерживаю слёзы. Понимаю, то надо быть сильно, но не могу. – Простите, я сегодня не могу никуда с вами ехать. Мне пора… Извините.

– Ир! – возмущается подруга.

– Я вас подвезу, – перебивает её Лазарь.

Оборачиваюсь и выставляю ладонь, останавливая их:

– Пожалуйста… – Хриплю и всхлипываю: – Пожалуйста…

На большее меня не хватает. Ухожу быстро, как только могу. Бреду по улице и, глотая слёзы, смотрю на безучастное небо. Вспоминаю крик Дарины и обхватываю себя руками. Сама сейчас ненавижу себя, чувствую такой никчемной, такой эгоисткой, что становится тошно.