Молчит. Смотрит на меня еще пристальнее. Будто решает, какой ответ выдать.

— Дела, — говорит куда серьезнее, чем обычно.

Мне кажется, или он немного злится? На что? Надоело изображать из себя очаровательного наглеца, решил напустить жути холодом и строгостью?

Что ж, у него получается, как ни странно…

— Милые, подайте монетку, — прерывает мои мысли немощный голос.

Обернувшись, вижу старушку в потрепанном сером платье и съехавшим с седых волос голубом платке. Утратившие ясность глаза кажутся честными, потому, я опускаю пальцы в кошелек, чтобы достать пару монет, но Рэйдар перехватывает мою руку, заставляя вновь вздрогнуть от прикосновения.

Он еще и скупердяй?

Словно прочитав мысли по моему взгляду, Герр как-то кисло ухмыляется, в духе: “Что с тебя взять? Ты все об одном”. Оставляет меня и сосредотачивает все внимание на старушке.

— Лучше возьми это, — говорит он, вручая женщине какой-то жетон.

— На кой же мне эта железка, господин? За нее и булку хлеба не дадут, — не понимает женщина.

— За монету вы купите булку хлеба, но после вновь придете сюда. А в этом месте вам помогут найти работу и ночлег, если нужен. Считайте этот жетон пропуском.

— Великое сердце всегда награждается богами, господин. Не даром они одарили вас истинной, — выдает бабуля, глядя на меня.

Ээ.. чего?

— Бабуля, вы не так поняли…, — спешу разубедить я, но Герр просто закрывает меня своим широким плечом, не позволяя выпрыгнуть, и говорит свое.

— Спасибо, – кивает он женщине, указывает путь к приюту, и она уходит, пожелав нам еще ящик добра.

— Берта, — оборачивается ко мне Герр, но забывает, что хотел сказать, наткнувшись на мои нахмуренные брови.

— Злитесь, что я не стал развеивать ее заблуждение на наш счет? — без труда считывает он и почему-то усмехается.

— Именно! Почему вы не сказали ей правды? Она посчитала…

— А это имеет значение? Ей радостно за нас. Пусть так и будет, — решает за всех, а затем разворачивается и ступает вперед пару шагов, ожидая, что я пойду за ним следом.

Мне, конечно, в ту сторону, но так не хочется этого сейчас делать!

— Тормози, — машет Герр проезжающему экипажу. При том окликает вовсе не громко, но кучер прекрасно слышит команду, и тут же останавливает черную карету.

— Прошу, — рукой указывает мне путь в повозку Герр.

Учитывая, что свой извоз я давно отпустила, эта карета весьма кстати. Но Герр… Ехать с ним… Вдвоем?! Не хочу!

— Думаете, я вас съем? — выдает он, и я вижу еще больше недовольства, которое он ловко пытается скрывать.

— Вовсе нет.

— Тогда, садитесь, Берта. Или вместе пойдем пешком, — говорит Герр, воде как мягко, но я четко слышу, как он закипает. Вот-вот и ему надоест со мной возиться. А кто просит? — Что ж, я не против прогуляться.

— Я еду, — отзываюсь, потому что спорить с этим драконом сейчас бесполезно. Потерплю пару минут. Что со мной будет?

Мда…

Поторопилась я с выводами. Стоило Герру зайти следом внутрь кареты, как воздуха стало вдвое меньше. А тот что остался, молниеносно нагрелся и загустел. Даже дышать стало сложно. Или это от того взгляда, коим Герр решил меня пытать весь путь?

— Ваша Светлость, я платье задом наперед надела? — спрашиваю у него, потому что вот-вот он меня испепелит.

— Что? — сначала не понимает дракон, а потом смеется. — Даже если бы и надели задом наперед, то скорее всего задали бы новую моду.

— Вы обо мне слишком высокого мнения.

— А вы себя до сих пор недооцениваете? — спрашивает он, и на секунду я теряюсь.

— Как это понимать? Что значит “до сих пор”? — хмурюсь я, и Герр на секунду напрягается.

Нет, вовсе не от страха. Напротив, он будто что-то очень внимательно выискивает во мне, а затем вновь расслабляется.

— Я помню вас еще чумазой девочкой, у которой не было власти, но была решимость и смелость. И эта девочка сделала то, о чем другие и думать бояться – изменила мир вокруг себя. И при этом вы все еще остались скромницей? — спрашивает он, а я не могу оторвать взгляд от прищура его глаз. Здесь в полумраке кареты кажется, что они совсем близко. Я будто рухнула в прошлое. Будто все это сон.

Да уж. Кто бы мог подумать, что однажды, мы с Рэем будем беседовать тет-а-тет на подобные темы, а не убивать друг друга в словесной перепалке.

— Вы считаете скромность недостатком, Ваша Светлость?

— Скорее удивительным отклонением в таких обстоятельствах, — сообщает он.

Я не поняла: это хорошо или плохо?

Хотя, какая разница? Нужно поменьше с ним разговаривать, чтобы у него было поменьше возможности пудрить мне мозги.

Оставшуюся часть пути предпочитаю молчать и делать вид, что вовсе не замечаю его взгляд. Еще бы могла не дышать и было бы совсем хорошо, ибо весь воздух пропитался его терпким и бередящим раны прошлого парфюмом.

Ну когда уже мы приедем? Сейчас здесь взорвусь!