Нихера. И как ей сказать, что я только начал? И хуй знает, когда завершу все это раз и навсегда.

Сегодня у меня первая встреча с тем, кто меня вытянул из тюряги. На воле – первая. А так, конечно, нет.

И быстро этот контакт не разорвать. Сперва надо завершить то, что уже начато. Пока дороги назад нет. Тут не отмотать. Слишком сильно увяз. Тогда. Семь лет назад. Легко узел не разрубить. Разматывать придется.

Молодой был. Борзый. Дебил.

Разгребаю до сих пор.

И нет, блядь, никакого гребаного повтора. Никогда больше моя проклятая работа не должна Катю задеть. Не должна ее ударить.

Держись подальше.

Так говорит мозг.

Оставь ее.

Выжидай.

Но как, блять? Как? Когда к ней тянет так, что челюсти сводит, что все внутри обпекает огнем. Еще и после той блядской ночи. Попробуй выкинуть это.

Она. Голая. Возбужденная. Мокрая насквозь. Подо мной. На моем хере. Сверху. Кожа к коже. Глаза в глаза. Взрыв за взрывом.

Как это, блять, оборвать? Завязать?

Паркуюсь перед рестораном. Прохожу внутрь.

– Позвольте, – улыбается администратор, встречая у входа.

Киваю. Иду следом. Отмечаю детали на автомате.

Охраны дохуя. Холл забит. И первый этаж тоже под завязку. Сделано четко. Мало кто просечет. Все под посетителей косят. Работают на уровне.

Но тут и удивляться нечему.

Еще когда мы в тюряге пересекались, стало ясно: правительственный уровень. Высший эшелон власти.

А иначе хуй бы меня из “Ямы” вытянули.

– Прошу вас, – говорит администратор, останавливаясь возле нужного стола.

– Благодарю, – отвечаю.

Присаживаюсь. Беру меню.

Второй этаж пуст. Как и обещано.

Официант принимает заказ. Сваливает.

Музыка становится тише. На пару тонов.

Различаю шаги позади. Все ближе. Краем глаза выхватываю движение. Секунда. Две. И передо мной усаживается худощавый тип в темно-сером костюме.

– Добрый день, Демьян, – говорит.

Добрый.

Блядь, да.

Раньше он не показывался. Впервые вижу того, кто спас меня от пожизненного срока. И тут бы порадоваться моменту. Но хуйня в том, что этот же урод устроил подставу и отправил меня за решетку. А теперь собирается сделать предложение, от которого нельзя отказаться.

21

– Вадим Воронцов, – представляется он.

Это имя уже не секрет. Давно. Просто здесь и сейчас получаю окончательное подтверждение.

На Воронцова у меня ничего нет. Он не оставляет следов. Даже чтобы дойти до этого “ничего” пришлось сильно постараться. Действовать осторожно, только бы гад не почуял, как его кто-то левый проверяет.

Под таких типов копать – смертный приговор.

Встречались те, кто был бы не прочь поделиться материалом. Он дохуя кому дорогу перешел. Только нечем там, блять, делиться. Все вычищено.

Воронцов был советником президентам. Около года. После уволен.

Не самая впечатляющая карьера. На первый взгляд. Потому что в реальности этот тип ловко орудует схемами на высшем уровне. Никто его не убирал. Просто официально устроили так, точно его не существует.

Серый кардинал. О нем говорить лишний раз опасаются. И никакие должности ему не требуются. Он без них допущен в ближний круг. Может получить все, что захочет.

Это в начале я по тупости подозревал Лебедева. Его “Крестного”. Но за решеткой было время поразмыслить и дойти до сути.

Они бы такую четкую организацию подставы не потянули. Никто бы из моих знакомых не потянул. Ресурсов мало.

Тогда власть в стране опять поменялась. Требовалось зачистить криминальную площадку. Старых авторитетов убрать быстро и жестко. А у руля поставить новых лидеров. Полностью подконтрольных.

Такую операцию за пару дней не разрабатывают. И не против меня игра шла. Другие цели решались.

Теперь у Воронцова тоже есть план. А мой выход из “Ямы” один из его фрагментов.

Воронцов меня держит крепко. Знает главную болевую точку. Такое не скрыть.

А я за все время только одну мутную историю нарыл о его прошлом. Но там и не раскопать нихера толком. Не за что зацепиться.

Да и как блядь на такого типа давить?

По краю не пойду. Не суицидник. Рано мне подыхать.

Однажды я уже хотел свои криминальные дела закрыть. Так закрыл, что пиздец. До конца дней разгребать.