Элемиан отпустил руку Василисы только когда они вошли в уже приготовленную слугами комнату. Сопровождающий сказал, что принесет ужин и удалился, прикрыв за собой дверь. Элемиан сел в кресло, откинулся на спинку и замер, глядя перед собой. Василиса дрожала. Отчего-то сделалось страшно.

— Ты... Ты хочешь убить его? — прошептала она, подумав о ребенке, уверенная, что Элемиан поймет, что она имеет в виду.

Он посмотрел на нее долгим пристальным взглядом, потом встал и подошел.

— А ты? — Ни один мускул не дрогнул на его лице, он казался каменным изваянием. — Если скажешь, что хочешь избавиться от ребенка, то я…

— Нет, ты что! — Василиса отскочила и прижала ладонь к животу. — Я не хочу, не смогу...

— Почему? — Элемиан подошел ближе и навис над ней, заставив невольно отступить и упереться спиной в стену. — Неужели не хочешь избавиться от монстра?

— Он не монстр! — возмутилась Василиса и добавила чуть мягче: — Как и его отец. Я не отказалась от тебя, не откажусь и от него.

— Почему не отказалась от меня? — продолжал он давить на нее.

— Потому что люблю? — неуверенно пробормотала Василиса, чувствуя, как горят щеки.

— Разве меня можно любить?

— Почему нет? — растерянно прошептала Василиса. — Конечно можно.

Элемиан печально свел брови, потом опустился на колени, обхватил Василису за талию и прижался лбом к ее животу. Его горячие руки нежно поглаживали поясницу.

— Эй, ты чего? — растерянно прошептала Василиса.

— Что ты хочешь? — спросил он. — Что хочешь взамен за свою любовь?

— Взамен? — неуверенно пробормотала Василиса. — Если только твою любовь.

— Мою? — Он поднял на нее голову, на его лице читалось удивление. — Мои чувства правда нужны тебе?

— Так ведь будет честно, разве нет? — прошептала она, не понимая, почему он так странно реагирует.

Элемиан легко улыбнулся, неуверенно и будто смущенно, отчего его суровое или порой насмешливое лицо казалось даже милым.

— Тогда научи меня, Василиса, и я с радостью отдам тебе все мои чувства, — произнес он, поднялся и заключил в свои крепкие объятья.

Они не пустили слугу с ужином, закрывшись в комнате, и целой ночи им не хватило, чтобы насладиться друг другом.

Они оставались во дворце месяц, пока шли все разборки и суды. Валрона, можно сказать, «закопали» свои же коллеги, Илишана осудили и отправили в темницу, но Ройнон с Элемианом втайне вытащили его, как и обещали. Вместе с семьей им помогли добраться до границы, где начинались южные земли.

Император подписал новый документ, определяющий обязанности семейства Амрот. То, о чем сумел-таки договориться Элемиан. Теперь у него появилось место в совете и право голоса, чего прежде не было и близко. Ему не слишком хотелось появляться при дворе лишний раз, но этот шаг был важным для будущего.

Предстоял долгий и тернистый путь, но Василиса была рада, что в итоге все обошлось без лишнего кровопролития. Она сама же привыкала к новой роли и мысли, что станет матерью. Совсем не так она планировала встретить свои двадцать лет, но что в жизни идет по плану?

Когда они вернулись в поместье Элемиана, на этот раз Василиса с куда большим интересом осваивала новые владения и обязанности. Как хозяйка замка она должна была руководить расходами и слугами. Командовать пока получалось плохо. Однако даже тихо произнесенная фраза: «наверное, стоит рассказать мужу» действовала похлеще любого крика или наказания.

Самым непростым оказалось ведение записей и планирование расходов, очень много чего надо было посчитать. Но Василиса старательно училась, боясь прослыть безграмотной и бесполезной.

— Госпожа, скорее бросайте это дело, вам надо прогуляться перед ужином, — хлопотала Глори в очередной вечер. — Сегодня чудесная погода, несмотря на небольшой ветер. Лекарь рекомендует свежий воздух и регулярные прогулки. Надо успеть до ужина, его превосходительство обязательно спросит, как вы провели день, и будет сердиться, если узнает, что вы слишком много трудились.

— Хорошо-хорошо, — поспешила согласиться Василиса, понимая, что спорить бесполезно. — Но принеси вначале клюквенный морс, очень хочется пить.

— Не добавлять мёд, как и вчера? — уточнила Глори.

— Ни в коем случае, — хмыкнула Василиса, вспомнив, что от сладкого морса ее едва не стошнило.

— Сию минуту. — Глори поклонилась и умчалась.

Василиса откинулась в кресле и задумалась, оглядывая мрачный кабинет: темные тяжелые шторы, массивная мебель темных тонов, окна с синей мозаикой, плохо пропускающие свет.

— Придется сделать небольшой ремонт, — с приятным волнением проговорила Василиса.

В кабинет постучали, открылась дверь и заглянул стражник — молодой веселый рыцарь из новых. Контракт Амротов также пересмотрели, теперь служба начиналась от года, а не пожизненно как раньше.

— К вам посетитель, госпожа, — доложил рыцарь.

— Какой? — удивилась Василиса. — Пусть войдет, но и ты вместе останься.