— Вот и прекрасно, — явно громче чем следовало заявил второй, и Василиса невольно оглянулась. Внешне опрятный мужчина в светлой рубашке, синем кафтане и даже с аккуратной стрижкой черных волос и бороды поднял кружку, осушил залпом и поставил на стол с громким стуком, который, впрочем, никак не выделялся на фоне общего веселья. — Не хватало нам еще тут этого чудовища!

Василиса поперхнулась корочкой хлеба, которую потихоньку жевала, и глянула на соседний столик, где, собственно, сидело то самое чудовище. Но похоже генерал не слышал, потому что совсем не обратил внимания, а сидел с невероятно задумчивым видом и пил вино уже которую кружку. На столе стояла почти нетронутая шикарная жареная птица, размером с гуся. Помощник генерала грыз яблоко и с тревогой смотрел на своего начальника.

— Да брось, он жизнью рискует, защищает нас, и вон сколько новых территорий присоединил, — возразил второй собеседник за правым столом. Этот выглядел старше и не таким опрятным, будто только закончил смену на стройке.

— Кто? Он-то? — раздраженно бросил синий кафтан, а у Василисы зачесались руки, чтобы влепить обоим подзатыльники.

— Молчали бы в тряпочку, идиоты! — процедила она сквозь зубы. — А то услышит еще...

— Это он людьми своими рискует, — не унимался синий. — Слышал, бывало так, что он один возвращается из всего отряда. Да и что с монстром станется…

— Эй, ты бы потише, — прошептал второй, и Василиса с облегчением вздохнула — похоже не все мозги еще пропили.

— Да нет его тут, а остальные и так знают! — синего кафтана понесло, точно селедки с кислым молоком хватил. — А то не помнишь, что в прошлом году произошло на площади. Народ едва ноги унес. А все почему? Дорогу ему кто-то, видите ли, не уступил!

Василиса снова уставилась в суп, но теперь слушала с любопытством. Что же натворил этот генерал, что все в страхе разбегались от него?

— Да, помню, — вздохнул второй. — Мне рассказывали. Там женщины, дети были. Даже погибло несколько человек.

По телу прошел озноб. Вот так генерал — своих же граждан убивает.

— Пусть сдохнет, как и его проклятый отец, самой лютой смертью! — заявил синий кафтан совсем опьяневшим голосом.

Вдруг стол слева от Василисы подлетел в воздух, перевернулся и с жутким грохотом рухнул на пол вместе с едой, разбился кувшин, по полу растеклось красное вино. Генерал, сидевший секунду назад в уголочке, стоял перед столом болтливых выпивох и поднимал за горло мужика в синем кафтане. Тот хрипел и дергался.

— Как ты и сказал: что станется с монстром? — голос генерал звучал непривычно холодно, гулко и низко. Его глаза натурально светились, вокруг сгустился воздух, замерцал, затрещал как на морозе, да и похолодело вокруг вмиг, по стенам пополз иней. А сам он хищно ухмылялся. — А вот ты умрешь!

Резкое движение рукой с блеснувшим в ней лезвием, кровь из шеи брызнула, полилась по горлу и груди дергающегося в агонии человека. Василиса зажала рот рукой и едва не упала со стула.

Генерал бросил тело на пол, развернулся, расставил руки в стороны, точно наслаждаясь происходящим, и громким звучным голосом воскликнул:

— Кто еще?! Кто хочет бросить мне вызов?!

Рыцари повскакивали с мест, кинулись было через столы к генералу, но Ройнон оглушительно закричал:

— Всем лечь на пол! Живо! Это приказ!

На удивление, все тут же послушались и стали падать ниц, причем и рыцари тоже.

— Ну что?! — рычал генерал-монстр. — Идите же ко мне!

Он пошел между рядами, а к ошалелой Василисе подскочил помощник и утянул ее на пол.

— Лежи и не двигайся, поняла? — прошептал он.

«Напоминает рейд омоновцев из фильмов», — подумалось внезапно Василисе. — «Когда всем лежать, никому не двигаться, а то прикладом по голове».

— Где же вы все?! — раскатистый голос генерала пробирал до дрожи. Где-то опять грохнулся стол, разбилась посуда.

— Да хватит меня держать! Эй, ублюдок, жить надоело? — раздался чей-то пьяный голос, а потом крик и омерзительное бульканье.

У Василисы пульс стучал в висках как бешеный, а воздух все охлаждался, лужа вина перед глазами покрывалась тонкой коркой льда — почему-то становилось все холоднее, хотя двери и окна оставались закрытыми. Василиса двинулась рукой, и пальцы вляпались во что-то липкое. «Наверное, кровь…» — подумала она, и во рту появился солоноватый привкус.

Опять что-то разбилось, упало… Кто-то рванул к выходу, Василиса подняла голову, невольно напряглась, рассчитывая, сколько секунд потребуется до двери, но Ройнон схватил ее за шкирку, вдавил в пол. Что-то брызнуло на руку, Василиса скосила взгляд, и ее замутило — на пороге лежало еще одно тело. Крики и грохот стихли, только тяжелые шаги раздавались с поразительной четкостью — точно метроном отсчитывали ритм.

Шаги приближались, Василиса сжалась, схватилась за край капюшона и потянула его на голову, чтобы скрыться, слиться с темным полом, перестать существовать. Вот бы мантию-невидимку!