Хоть плачь, хоть смейся. Мария Владиславовна была категорически недовольна тем, что Юся и Влад не женаты. Слава богу, что винила она в этом не Юсю, а сына. Юся деликатно отмалчивалась на подобные фразы, и вскоре эта тема исчезли из их общения. Ну а что, в самом деле, могла сделать сама Юся? Требовать? Умолять? Шантажировать? Хотя ей было совершенно очевидно, что им с Владом очень хорошо вдвоем. На бытовом уровне комфортно, в постели — по крайней мере, пока — все прекрасно, и в плане общения им интересно. Они, в самом деле, подходили друг другу для того, чтобы жить вдвоем. Но только одного этого, видимо, недостаточно. Нужно что-то еще. Секретный ингредиент. Любовь. И любви одной только Юси недостаточно.

Она не делала из этого трагедии. Наверное, потому что возраст уже не тот, чтобы убиваться от того, что не слышишь пылких признаний в любви и предложения руки и сердца. А, может, потому, что Влад и так сделал ей самый дорогой подарок, на который она уже и не рассчитывала. Надо быть благодарной жизни за то, что она тебе уже дала.

Юся протянула руку и потрогала фарфоровую фигурку. Есть какая-то расхожая фраза про то, что у любви должно быть два крыла. У них с Владом, получается, в наличии только одно крыло. Юся погладила пальцем фарфоровое крыло. В этом деле Балтазар ей не помощник, он и так сотворил невозможное. Значит, дальше придется как-то самой справляться.

***

Он как будто всегда так жил. Влад теперь почему-то никак не мог представить — как это раньше было по-другому. Как это — приходить домой, а там не пахнет свежеиспеченным лимонным паем? Что стояло на полочке в ванной, где сейчас разместилась батарея всевозможных баночек и бутылочек? Как он засыпал, если нельзя было уткнуться носом в шелковый женский затылок? Ему казалось, что так было всегда. Что так и должно быть.

Влад пытался быть объективным. Видеть в ситуации не только плюсы, но и минусы. Вот только минусов не находилось. Пожалуй, единственным минусом стало то, что с какого-то момента они перестали спать в обнимку — а Влад уже привык. Но у Ю уже образовался симпатичный животик, а весна вовсю вступила в свои права. Ю было постоянно жарко, и Владу пришлось смириться тем, что она спала теперь не под одеялом, а под тонким покрывалом и на противоположном краю кровати. Зато Ю наконец-то ушла в декретный отпуск. Ее работа была, пожалуй, единственным серьезным поводом для споров между ними — Влад считал, что Ю слишком много работает. Он несколько раз предлагал ей уволиться, но слышал спокойное и уверенное: «Никогда». Зато теперь за окном был май, Ю была дома, и если и уходила куда-то — то на прогулки или на свою специальную йогу для будущих мам.

А на прикроватной тумбочке поселился страшненький пучеглазый фарфоровый аист, которого Ю притащила с работы. Владу казалось, что этот аист — Балтазар, как сообщила Ю — мало способствует украшению их квартиры, но благоразумно молчал. От женатых друзей он знал, что беременные женщины чудят. Правда, пучеглазый аист был, пожалуй, единственным капризом Ю.

***

— Поехали завтра гулять в парк.

— Там жарко, — фыркнула Ю.

— В парке как раз не жарко. И я куплю тебе мороженое.

Ю рассмеялась.

— Мороженое — это аргумент.

***

— Все, лицо поплыло.

— Куда оно у тебя там поплыло без тебя?

Ю разглядывала себя в отогнутом солнцезащитном козырьке.

— Нос распух, глаза навыкате, губы увеличены и фирменный коровий взгляд беременных.

— Ты какое-то чудовище описываешь.

— Это объективные факты.

Влад фыркнул. Машина остановилась на светофоре, и он повернул лицо к Ю.

— Я не вижу ничего из того, что ты описываешь. Ты по-прежнему очень красивая. А, может, и еще красивее.

Теперь пришла очередь Ю едва слышно фыркнуть, но ее губы сложились в довольную улыбку. А ведь Влад сказал правду.

Большая часть его друзей были уже женатыми и семейными людьми. И с их слов Влад знал, что женщины во время беременности расплываются, становятся раздражительными и тупеют.

Но все это было не про его Ю. На ее интеллекте беременность никак не сказалась. Пожалуй, Ю только стала чуть менее ехидной. А что касается фигуры… Может быть, все дело в этой ее йоге, или просто у нее такой организм — но у Ю оформился небольшой и аккуратный животик, а со спины она вообще выглядела так, как и до беременности. Ю рассказывала, что к ней как-то со спины молодой мужчина подкатывал со словами: «Девушка, можно с вами познакомиться?». Ю со смехом описывала его лицо, когда она обернулась, и он увидел живот, а Владу вот было не до смеха. Кто бы смеялся в его положении — когда к твоей женщине подкатывают какие-то левые хмыри?!

То его непонимание того, как он жил раньше, трансформировалась в понимание, что теперь он будет так жить всегда. И Ю в его жизни навсегда. Вот эта женщина в легком просторном платье в мелкий синий цветочек — неотъемлемая часть его жизни.

Жизни, которая совершила радикальный и, одновременно, плавный поворот. И теперь в жизни Влада есть и будет Ю. И их ребенок.